И откуда он это понял, вот что не дает покоя… Голем едва миновал опушку, даже толком не остановился, а староста уже летел навстречу. Чутье? Или он через Основу прочитал намерение этого каменного чудовища?

Ответа нет, и копаться в этом прямо сейчас некогда. Вопросов больше чем ответов, ну и ладно, в этом плане вообще ничего не поменялось. Важен результат, а он такой: дальнобойная осадная машина противника превратилась в хромой осыпающийся таран. А с тараном разобраться будет куда проще, я для этого стены и строил.

За старостой, кстати, никто и не подумал гнаться. Звери стояли под прикрытием деревьев на безопасном расстоянии и не шевелились, жилы так и не показались, и весь обратный путь прошел в тишине, если не считать далекого гула шагов голема. Мужики у ворот дернули противовесы, решетка поползла вверх, староста нырнул в щель, не сбавив шага, решетка грохнулась обратно, клинья встали в пазы, и всё.

Через минуту он уже стоял на прежнем месте между башнями, и можно было подумать, что никуда не отлучался, но тонкие ручейки пота стекали по лбу и терялись в глубоких морщинах. Подбородок еле заметно подрагивал, хотя лицо оставалось каменным и со стороны ни одна живая душа бы ничего не заподозрила.

— Идут! — крикнул кто-то с восточной дозорной вышки, но это и без того ясно, глаза-то у всех имеются. Ну, ладно, не у всех, жилы вон и без них обходятся.

Голем всё приближался, но пока эта каменная гора доковыляет до стен, мы тут уже состаримся, так что можно не обращать на него внимания. А вот на тварей помельче придется, потому что жилы, видимо, решили прикрыть своего каменного любимца и направили зверье к стенам со всех сторон разом.

Логика нападения пока не складывается в понятную картину. На юге и востоке закричали, с запада тоже доносятся требования срочно подкатить расчеты, и народ на стене заметался, потому что баллист на всех направлениях не хватит даже если разобрать каждую на запчасти и раздать по кускам.

Из подлеска первыми показались уже знакомые барашки, за ними выскочили козлы с закрученными рогами и понеслись скачками метра по три вверх, покрывая каждым прыжком расстояние, от которого и лошадь позавидует. Вот только от лунок это их не спасает. Узкое копытце входит в отверстие до самого колена, хруст, жалобное блеянье, и на поле остается очередная хромая тушка, которая дергается и пытается вытянуть ногу обратно. Причем звери срывались с опушки не единой волной, а порциями, выбегая по очереди и не сбиваясь в кучи.

Там штук двадцать рассеялись по ловушкам, не пробежав и сотни метров, тут еще тридцать выскочили и прошлись по тому же маршруту с той же судьбой, разве что подальше залетели, потому что часть лунок уже забита тушами их предшественников. Арифметика пока на нашей стороне, но разница с каждой волной тает, ведь следующие двигаются уже по проторенной дорожке.