Я свернул на свою улицу, и первое, что увидел — это два незнакомых работника, аккуратно приколачивающие доски нашего нового забора. Возле них стояла А Лань, смешно задирая голову, чтобы смотреть им в глаза и что-то оживлённо объясняя.

— … и вот там, дядя Лун, нужно сделать светлое дерево. Вы же помните, что его нужно расписать узорами со стороны улицы? — её голос был полон важности, словно она взрослая, хозяйственная женщина.

— Не беспокойся, сестрица, — улыбнулся один из плотников, мужчина лет сорока с загорелым и немного морщинистым лицом. — Всё сделаем как нужно. Ваша семья очень щедра, так что недостатка в материалах нет.

— Это всё мой брат! — с гордостью заявила А Лань и, заметив меня, просияла. — А вот и он сам!

Я подошёл, обнял сестру и кивнул работникам.

— Как успехи? — я попробовал одной рукой пошатать вкопанный столб, но всё было сделано на совесть.

— Приветствую, молодой господин, — поклонился тот, кого А Лань назвала дядей Луном. — К вечеру забор будет стоять. Завтра утром покрасим и начнём делать пол в доме. Дерево хорошее привезли, сосну, пахнет на всю улицу.

— Вижу, трудитесь честно, — я улыбнулся, чувствуя странное тепло в груди. Это были не просто ремонтные работы. Это было строительство нового, светлого будущего для моей семьи. — Если так продолжите, то по окончании выдам премию.

— Братик, а ты опять какой-то другой, — А Лань оглядела меня с прищуром. — Такой спокойный, как глубокий омут.

Её проницательность снова поразила меня. Видимо, она подсознательно чувствует уровень Ци. Надо бы её отправить учиться на алхимика.

— Просто удачно сделал несколько дел, вот и спокойно на душе, — уклончиво ответил я, заходя вслед за ней во двор.

Мать сидела на скамье под навесом, штопая одну из моих старых рубах. Её тёплый взгляд встретил меня ещё у калитки.

— Сынок, — сказала она просто, откладывая шитьё. — Подойди поближе.

Я подошёл и присел перед ней на корточки. Её пальцы, тонкие, но уже не дрожащие, легонько коснулись моего лба, будто проверяя температуру.

— Ты уходишь далеко, — прошептала она. — Всё дальше и дальше. Я чувствую, как этот мир забирает тебя у меня всё больше.

— Я всегда буду твоим сыном, мама, — тихо сказал я, кладя свою руку поверх её руки. — И иду вперёд, чтобы вы с сестрой жили в безопасности. Чтобы у вас была крепкая крыша и сытный ужин.

— Знаю, сынок. И я горжусь тобой. Но запомни, — её глаза стали суровыми, — каким бы сильным ты ни стал, не позволяй силе стать твоим хозяином. Я видела много людей, кто в погоне за могуществом потеряли себя.

— Запомню, — улыбнулся я. — Как только стану самым сильным и богатым, то сразу всё брошу и начну бездельничать. Буду лежать в гамаке, есть виноград и заставлять А Лань меня обмахивать веером. Так, я точно сохраню себя.