— Магистр!
Полея разогнулась и снова посмотрела мне в глаза, а через миг губы её шевельнулись:
— Полдень.
— Полдень — это время солнца. Это время Неба. Это время мести. Это время верности, — пророкотали сотни голосов.
— Эрзум?
— Эрзум должны умереть, — выдохнули сотни глоток.
— Магистр, — Полея вновь склонила голову передо мной. — Орден Небесного Меча вручает себя в ваши руки. Ведите нас.
Где-то поблизости противно засмеялся Пересмешник, чтоб его.
Я вдохнул горячий, пропахший пылью воздух и снова выдохнул. Медленно. Затем толкнул энергию в не так давно занявший своё место на груди жетон Стража.
Через миг я стоял на утёсе и с наслаждением ругался. Ругал Пересмешника, Чистых, что вытолкнули вперёд эту Полею, её саму и всех этих шестьдесят лет перековывавшихся фанатиков. Ругал, и голос мой разносился над лесом. Одиноко и не так уж громко.
Ста вдохов на утёсе мне хватило, чтобы успокоиться и принять случившееся. Шагая в портал, я думал не о том, я боялся не того. Да и, по сути, что случилось-то? Ничего. Так, встретили меня на выходе. Можно было догадаться, что не всё пройдёт просто и спокойно и что у Потерянного Ордена есть речовки на все случаи жизни.
Напротив, даже хорошо, что они были готовы и к освобождению, и к обретению магистра, и к прочему. Это давало им надежду. А уж под верностью и с ежедневным повторением этих речитативов… Они ещё выглядят и ведут себя вполне нормально. Могло быть гораздо хуже. Гораздо.
Сто вдохов в жетоне, залитом силой до предела, — это буквально миг снаружи.
Я даже не успел до конца выдохнуть в настоящем мире, а уже вернулся спокойный и остывший. Дождался, когда Полея поднимет голову, теперь уже сам поймал её взгляд. Он был холоден и бесстрастен.
Ну да не мне пытаться переглядеть ту, кто столько лет была главой Братства Камня.
Я первым отвёл взгляд, перевёл его на других. Сначала на Чистых: Эрвала, Шандола, Грабоша, Кивола, Горену, Краната, затем на сильнейших из Скал, Камней и дальше, дальше, дальше.
Использовал и технику, и мыслеречь, уколовшую болью в виски, и донёс свой голос до каждого здесь:
— Ордену Небесного Меча!
Им понадобилось не меньше двух вдохов, чтобы понять или вспомнить, как отвечать. Но нашлись среди них те, кто напомнил тихим мыслеголосом, и спустя два вдоха сотни глоток гаркнули:
— Слава!
— Его величие! — потребовал я.
— Наша гордость!
— Ваша сила!
— Его мощь!
Я довольно кивнул и уже сам медленно согнул спину, приложил кулак к ладони в приветствии идущих, толкнул от себя мыслеречь, поддерживая ею свой голос и донося его до каждого:
— Приветствую вас, Верные, — выпрямившись, я подтвердил. — Да, именно Верные. Так назвать вас будет вернее всего. Орден Небесного Меча после поражения в битве и роспуска пережил трудное время, и у всех оно было своё. У Малого Ордена, который был основан во Втором поясе, оно было трудным по-своему: схватки с соседями, потеря талантов, тайные убийцы, давление фракций. У Большого Ордена, у тех, кто оказался после роспуска в Империи, трудности были свои. Их гнали по землям, безнаказанно убивали, их знаниями и опытом открывали дороги через Поля Битвы. Но страдания и лишения этих двух частей Ордена не идут ни в какое сравнение с тем, что пришлось пережить вам.