— Ну, ребятушки, в атаку! Давайте, парни! Россия-матушка далеко, но если мы уступим здесь, то вся эта шваль придет к нашим границам!
Я думаю, какие на хрен, границы? Мы — на Африканском континенте. Бьемся за территории, которые нам вроде нужны, но, если честно, не очень. Просто «Рубин» открыл новые месторождения и кое-кто из наших зарубежных «партнеров» этому не рад. Поэтому завязался конфликт. Они хотят забрать небольшую страну, а мы не хотим отдавать. У нас такой приказ. Приказ, который стал итогом желания одной Корпорации владеть этим чертовым месторождением. Суки…Когда же они нажрутся своим баблом?
Совсем рядом снова взрываются снаряды. В голове стоит гул. Я не слышу ни черта. Из носа что-то горячее стекает на подбородок. Я провожу пальцами. Сейчас раннее утро, но еще стоит сумрак. Однако я вижу на своей ладони кровь. Опять ее слишком много. Из носа не может так литься. Нет! Я не сдохну в этой поганой африканской жопе. Хрен вам всем!
Я хватаю руками пучки какой-то выжженной травы и начинаю пихать их себе в нос. Так надо. Надо остановить кровь.
Меня снова подкидывает, как мяч футболиста, а потом тянет вниз, в темноту.
Я в гостинице. Дешевый мотель у дороги. Иду по коридору. Не таясь. Открыто. Я знаю, что моя цель сидит в одном из номеров. Думает, что смог сбежать, обхитрить Особый отдел. Обхитрить меня. Сопляк. Никто не может скрыться от Ликвидатора. Не допущу этого. Вы — паразиты. Вас надо давить. Вы погубили все, что было. Долбанные жертвы экспериментов. Никто не знает правды. А я знаю. Я точно знаю, почему третья мировая закончилась так. Из-за вас, уроды…
Останавливаюсь возле номера, смотрю на дверь. Буквально секунду. А потом ударом ноги сношу ее к чертовой матери. Персонал прячется в подсобке. В коридоре нет ни души. И никто не высунет носа. Они знают, что сейчас в гостинице проходит операция Особого отдела.
В комнате полумрак, работает телевизор. Идут мультфильмы… Мне становится смешно. Мультики, млять…С бугра на бугор бежит толстый медведь. За ним скачет маленькая свинья с воздушным шаром. На кровати сидит пацан. Ему десять. Хитрый жук. Продержался три года. Просто не ходил в школу. Сбежал. Прятался. Жрал крыс из канализации. Но три года — это мощно. Это — отличный результат. Хороший потенциал. Опасный. Пацана необходимо утилизировать сразу. Без проволочек.
— Не надо…– Он вскакивает на ноги и пятится к окну. На его лице — выражение ужаса. Он знает меня. Понимает, что сейчас произойдет.
Парень тужится изо всех сил. Будто никак не получается сходить в туалет. Лицо у него покраснело. Перекосилось. Пытается использовать телепатию. Пытается вызвать у меня галлюцинации. Он преуспел в этом. Не знает, что на мне защита. Я подхожу совсем близко, протягиваю руку, чтоб схватить его за шею и…И что? Задушить? Нельзя. Я должен официально арестовать его. Мой взгляд опускается. Я вижу, что рукав форменной рубашки особиста пропитался кровью. Ее слишком много. Она капает с мокрой ткани прямо на пол. Я хватаю себя за предплечье, сжимаю его и говорю вслух.