А Фросю придётся не просто отмативировать, а ещё и отжарить, лейтенант вспомнил и рассказал про какую-то бабу, которая пыталась загнать на паром корову, но та отчаянно сопротивлялась и не желала даже ступать на сходни. Так что в конце концов обоих послали, тем более данный паром был наибольшей грузоподъёмности, рассчитанный для переправы не только автомашин, но и тракторов. Гражданских же с повозками и лошадьми, переправляли как ниже так и выше по течению реки. Местные жители прекрасно об этом знали и спокойно переправлялись, а вот беженцы из других мест зачем-то брели к мосту. Так что придётся им показать, где раки зимуют.
Ещё один блокпост организуем уже на шоссе из Гремячье, на минимальном расстоянии от высоты 163. Злой и уставший Пацюк больше не церемонится, до крайности ужесточив пропускной режим и гонит ко мне на высотку всех мужиков в форме и без, заворачивая беженцев взад, на паромы. Принимаю, а что делать. Копать нам ещё не перекопать. Наскоро формирую отделения из военнослужащих и команды землекопов из гражданских, которые работают за еду. Не знаю, чего мы здесь навоюем с таким личным составом, но хотя бы постараемся выиграть время…
К ночи укандёхались все, даже не заметив, как солнце упало за горизонт. Зато два ротных опорных пункта на высотах 197,5 и 163 мы оборудовали и замаскировали. Ну и ещё один — взводный вокруг тяжёлого танка. А так как народу и вооружения теперь хватало, то не забыли и про высоту 147,2, оборудовав там тыловой узел сопротивления. Между основными опорниками протянули линии связи, продублировав их ракетами, а также световыми сигналами. С помощью фонарика в тёмное время суток, а днём обычным карманным зеркальцем. Благо в процессе формирования нашлись и телефонисты-светосигнальщики, и связное имущество, хотя до тылового узла сопротивления кабеля не хватило, да и связь работала через пень-колоду, но пеших посыльных тоже никто не отменял, как и конных. Всё же район обороны получался приличным. Три командных высоты образовывали треугольник со сторонами два — западная, четыре — северная и два с половиной километра — юго-восточная сторона. И хотя противника мы ждали с запада, обходы и охваты никто не отменял, поэтому в козырях у нас был тяжёлый танк, а в засаде стояла противотанковая «сорокапятка».
Для «кавэ» выкопали несколько капониров, на основной позиции закопав боевую машину по башню, благо она находилась на небольшом бугре, на запасных не таких глубоких, лишь бы прикрыть ходовку, используя складки местности (обратные скаты высот и ложбины). Воентехник Матвеев проверил маршрут выдвижения на каждую ещё засветло, проехав туда и обратно на мотоцикле, а где и пройдя ногами. Изучил он и пути отхода по рубежам. По идее танк должен был отходить последним, прикрывая пехоту, но это уж как пойдёт.