Татьяна уже более уверенно улыбнулась и веско добавила, чтобы он уже понял её наверняка, а не списал на «послышалось» или на «помощница немножечко сбрендила».
- Да-да! Именно! Разговор затронет Вашу единственную дочь...
Позже, Татьяна Владимировна и сама не понимала – как так случилось, что она в каждом его слове пыталась услышать однозначный посыл (возможно даже с конкретным адресом), но, вместо этого, слышала какое-то человеческое мычание.
В мычании, конечно, именно что человеческого было, собственно говоря, мало, но ожидаемый ею адрес босс всё не произносил и не произносил...
- М-м-м... Мою дочь? В смысле, Веронику? – мужчина с надеждой вглядывался ей в лицо. Наверное, ожидал что женщина сейчас фыркнет, мол, да что Вы? Вам послышалось! У Вас точно что-то со слухом! На днях сходите проверьтесь к «ушнику»...
Танечка кивнула и подарила боссу такую же отчаянную надежду. Ну? Давай же, миленький! Ну же, ну!!!
Но нет. Он лишь повторил:
- Мою дочь? Татьяна Владимировна, Вы уверены?..
Было глупо ждать красочного посыла после «Татьяны Владимировны» и на «Вы»!
Танечка в отчаянии выпалила:
- Ваша девочка влюблена! Влюблена давно! И все эти годы она сильно страдала! Я обещала ей, что с Вами поговорю... Ну и вот... – она сделала небольшую паузу в надежде, что он спохватится и гаркнет так вожделенное: «А не пошла бы ты на?..»...
Но он лишь промычал своё невообразимое: «м-м-м»...
Чёрт! Босса им, действительно, подменили! Бедная Танечка в отчаянии пошла на второй заход.
- Что, «м-м»? Вы любите свою дочь? Хотите, чтобы она была счастлива? Вы, вообще, имеете хоть какое-то влияние на свою жену???
Похоже, у Полонского там в башке что-то намертво перемкнуло! Старый босс возвращаться никак не хотел. А новый смерил помощницу задумчивым взглядом и вдруг выпалил:
- Компромисс! Хочу компромисс!..
Слегонца обалдев от неожиданного поворота, Татьяна обессиленно плюхнулась на стул.
- Компромисс? Вы уверены? Вы, вообще, в самом принципе, представляете, что это такое?
Мужчина уверенно кивнул и промычал уже начавшее поднадоедать: «м-м»...
- Я же пошёл с тобой на компромисс? – он вальяжно откинулся в кресле и в защитной позе сцепил руки на груди, - Мне понравилось. Хочу снова попробовать. Так как?
Интересно, что он там, в своём больном сознании, называл компромиссом? Он купит ей розовые тапки, а она, типа, ответно поступившись чем-то личным, вернётся к нему в офис и доработает, пока все хвосты не подберёт?
В ответ на её мысли, босс выдвинул верхний ящик и плюхнул что-то атласно-розовое на стол. П-ф-ф! Это уже маразм! С «компромиссом», походу, она угадала.