Как оказалось, это были не наёмники Иоганна или любого другого, кто был замечен в организации перевозки дорогостоящих артефактов, а «тёмные». Эти странные не то люди, не то магические твари, попытались ворваться внутрь, но оставили в коридоре моей квартиры пять своих бойцов. Большая их часть погибла из-за удачно брошенной гранаты. Как оказалось, первым моё жилище штурмовал маг, выставивший впереди себя магических же щит, который был способен отражать быстро летящие мелкие объекты, отражая их в стороны. Именно поэтому моя стрельба вслепую не принесла никакого результата. Пули просто отлетали по сторонам, врезая в стены. Граната же оказалась слишком медленной, чтобы заклинание смогло среагировать на него. Из-за этого осколки сильно посекли противника. В таком узком пространстве осколки были смертельны. Случайный рикошет был вполне способен отыскать слабое место в защите практически любого человека. Пусть на тебе будет самый тяжёлый бронежилет с дополнительными элементами снаряжения с воротником, наплечниками, наручами и бронещитки на ногах, но даже так этот маленький и до невозможности подлый осколок будет способен отыскать щель и, следуя закону подлости, попасть прямиком в артерию. Очень много смертей мне пришлось увидеть в Африке из-за этих проклятых осколков. Они убивали в десятки раз больше людей, чем пули. Даже самые прожжённые воины не были застрахованы от того, что мелкий осколок убьёт их после десятков самых ожесточённых боёв. Одним из таких был мой старый знакомый Кочерга, успевший пройти не одну военную кампанию. Его не раз закидывали пакетами из РСЗО, стреляли снайпера и крыли из пулемётов, но он выживал. Вот только забрал его осколок размерами в шарик в ручке, неудачно пробивший шейную артерию и отправивший прожжённого воина на тот свет.
Вопросами меня бомбили постоянно. Дознаватель приходил ко мне каждые два-три часа, из-за чего его усталое осунувшееся лицо успело мне в значительной мере надоесть. Некоторые вопросы задавались по несколько рад. Мне было решительно непонятно зачем было это делать, но приходилось уверенно отвечать на них, не желая расстраивать человека, от которого целиком и полностью зависела моя жизнь.
Единственной радостью в этом дне Сурка был Гном. Мой товарищ, едва только прознав о попытке взятия приступом моей квартиры, сразу прибыл в полицейский участок. К сожалению, внутрь его не пустили, отчего единственное что он вообще мог совершить, так это передать мне небольшой съедобный презент, вместе с предметами личной гигиены. Ещё во время первой кампании мне стало понятно, что следить за гигиеной нужно всегда и везде. Один только уход за ногами чего только стоил, ведь велик шанс получить кровавые мозоли, которые сведут все шансы на перемещения практически к нулю, а ходить порой приходится чуть ли не чаще, чем думать.