Она замерла, не зная что делать и как реагировать. Было и страшно от этого нашествия, и жалко сироток. Варя впервые видела детей в таком виде и состоянии.

— Прочь, гадкие крысёныши! — как сквозь вату она услышала голос Огоста, и рядом с ним появились какие-то люди в обмундировании и шлемах. Они начали чуть не расшвыривать детей, которые в ужасе разбегались.

В платье Вари вцепилась маленькая девочка, кажется лет трёх-четырёх, которая плакала и что-то шептала, вжимаясь в её колени.

— А ну! — грозно сказал один из появившихся стражников или каких-то военных, схватив девочку за шиворот, и сердце Вари не выдержало.

— Не трогайте её, — положила она ладонь на чужую руку и стражник вздрогнув, посмотрел ей в лицо. — Она ребёнок.

— Я провож-жу вас к мерс-сису, п-пресвет-тлая госпожа, — чуть заикаясь от плача, громче сказала девочка. — Я п-пом-могу вам.

— Хорошо, спасибо тебе… — поблагодарила Варя, погладив голову девочки и наткнувшись на… — Твои уши… Ты фойна? — удивилась она, нащупав некоторые анатомические отличия от обычной закруглённой формы.

— Нет. Моя мама — фойна, — всхлипнула девочка, глаза у неё оказались светлыми: серо-зелёными и просто огромными на чумазом детском лице.

— А где сейчас твоя мама? — растерянно спросила Варя и прикусила язык, потому что вместо ответа девочка только заплакала. — Хорошо, ты пообещала помочь мне и отвести к вашему магу, помнишь?

— Да, да, пресветлая госпожа, — тут же успокоилась девочка и потянула Варю вдоль улицы. Она оглянулась, и Огост с недовольным лицом отправился следом за ними, а те воины-стражники выстроились во что-то вроде оцепления, так что Варя сделала вывод, что это не какие-то местные стражи порядка, а встречающая «кортеж невесты» охрана.

Шли они минут пятнадцать, но скорее потому, что девочка не могла идти слишком быстро, петляя по узким улочкам Арска. Но в какой-то момент они вышли в более богатый и чистый район. На двери одном из домов оказался рисунок с пентаграммой и глазом внутри неё.

— Здесь живёт мерсис Дунган, — сказала девочка и показала на дом в начале улицы. — А там жила я.

— Твоя мама умерла? — спросила Варя, глядя на девочку, которая с тоской и горечью смотрела на свой бывший дом.

— Мой отец умер. Мама снова вышла замуж. Пресветлая госпожа, наверное, знает, что фойна живут долго и остаются молодыми и красивыми.

— Хочешь сказать, что… Что твоя мама жива⁈ — воскликнула Варя. — Тогда давай я тебя к ней провожу.

— Нет, пожалуйста, пресветлая госпожа, не надо! — испугалась такой перспективы девочка. — Я для неё обуза. Как только мой отец умер и её выдали замуж, она выгнала меня жить в хлев и сказала, что как только я немного подрасту, продаст меня в бордель. Когда отчим с разрешения мамы попытался проверить, выросла ли я… я ударила его и сбежала.