Затем дорога завернула за бок скалы. Мраморные храмы и терракотовые крыши исчезли, вместо них потянулись бесконечные виноградники и зеленеющие оливковые рощи. В паре мест мой скучающий взгляд наткнулся на технические постройки проходившего под землей водопровода. Глаз у меня был наметан — подозреваю, отыскать их я могла где угодно.

Дядя не только прожужжал мне уши, но и изрисовал дома всю бумагу, наглядно демонстрируя принципы их работы, так что мне даже пришлось посылать служанку в книжную лавку за новой партией.

Перед моим отъездом он не удержался и прочел мне целую лекцию об Адда-Аделине — так назывался новый водопровод, возведенный на склонах Ингора магистром Анларом, которого дядя считал своим учителем.

Но сейчас от мысли о текущей по трубам воде мне лишь сильнее захотелось пить. Еще в городе я накинула на коляску магическую пелену, защищавшую меня от мелкой пыли, но воду захватить с собой не догадалась. Не ожидала, что дорога займет столько времени, а колодцы нам как-то не попадались.

Можно, конечно, было завернуть на одно из фермерских хозяйств, но я решила не терять времени. Чтобы отвлечься, завязала беседу с извозчиком, который тут же вывалил на меня ворох столичных новостей.

Например, что короля Хакана в народе очень любят. За пять лет своего правления он успел многое сделать на благо королевства. Заключил мир с демонами, затем приструнил пиратов из Домакана, и теперь те старательно обходили берега Трирейна стороной. После этого снизил ввозные пошлины, что повлекло за собой расцвет торговли. А еще провел образовательную реформу, выстроив несколько университетов и новые академии магии.

— Ему остается только приструнить нашего проворовавшегося префекта…

Я заинтересовалась, вспомнив, что префектами Коррины всегда становились Легеры. Оказалось, что сейчас у них совсем другой глава. Везде устанавливает собственные порядки, дерет деньги не по-божески, и никто не может ему и слова сказать, потому что все боятся!..

— Его и этих бледнолицых дев, — добавил извозчик. — Совсем они распоясались! — Кивнул куда-то в сторону, заявив, что за следующим поворотом будет как раз видна одна из их Обителей. — Давно пора вере в Великого Отца встать наравне с Трехликой Богиней! В той же Ридии, я слышал, все Боги равны, и каждый выбирает себе того, кто ему больше по душе.

Сказал и уставился на меня вопросительно. На это я покивала — в Ридии как раз была свобода вероисповедания.

— У нас же, в Трирейне, вера в Великого Отца хиреет из года в год, потому что везде эти жабы в белых одеяниях! — После чего в сердцах сплюнул на дорогу и вытянул руку, указывая на выросший за поворотом белокаменный монастырь.