— Боги уберегли меня от столь печальной участи, — отозвалась я все так же спокойно.

— О нет, Боги тут ни при чем! — вновь усмехнулся Маллет, но его темные глаза сузились. — Можешь считать, это я побрезговал. Мог воспользоваться твоей матерью, но не стал. Не захотел того, что уже многократно принадлежало моему врагу.

Сказал это и уставился мне в лицо, дожидаясь моей реакции. Явно меня провоцировал, но я нашла в себе силы сдержаться. Смотрела на него, твердя про себя, что передо мной сидит жаба.

Огромная жаба в человеческом обличии.

У нее черные масленые глаза, роскошный бархатный камзол, не сходившийся на животе, золотые пуговицы и красные, пухлые руки.

Но, пусть разряженная, эта жаба недостойна того, чтобы вывести меня из себя.

— Интересно, за что вы так сильно ненавидели Легера, раз даже побрезговали моей матерью? — спросила у него холодно.

— За что? — ухмыльнулся Маллет. — О, у меня было много поводов, и он постоянно добавлял новые. В Академии был лучше меня, на службе получил куда больше благ, чем давали мне. Даже медалей у него было больше!.. Затем он заполучил слишком красивую женщину и должность, которую я всегда хотел. Но он забыл, — добавил Маллет, подняв толстый палец, украшенный массивной золотой печаткой, — насколько это опасно — стоять на моем пути! Я много раз его предупреждал, но твой отец не спешил убраться с моей дороги.

— Как же складно у тебя все получается, — отозвалась я, решив, что Маллет не заслуживает обходительного обращения. — То есть ты захотел того, что тебе не причитается, а мой отец этого не отдал? Не отдал тебе свою женщину и не ушел с должности, которая передается в нашей семье по наследству?

— Как префект Коррины я мог добиться куда большего, чем контролируя Темный Магический Совет, от которого в Трирейне, по большому счету, нет никакого толка, — заявил мне Маллет. — А ведь я собирался вершить историю!

— Ты смешон, — сказала ему, увидев, как полыхнули ненавистью его глаза. — Смешон в своих амбициях!

— Нашлись те, кто так не думал. Те, кто поддержал меня во всех моих начинаниях.

— Великая Сестра, не так ли? — отозвалась я. — Она и ее бледнолицая братия… Решили, что раз уж ваши планы совпадают, вам стоит покрывать друг друга.

Маллет склонил голову.

— Да, мы неплохо понимали друг друга. Но нам мешал Легер…

— Который не собирался умирать молодым и отдавать тебе должность, — закончила я.

— Не собирался, — согласился со мной Маллет, — поэтому я решил ему помочь. Терпеливо дождался, когда твой дед ушел в отставку, оставив ему должность. За это время подготовил то, что должно было его убить. Думал, Легер покончит с собой — он всегда имел склонность излишне драматизировать ситуацию. Но вместо этого он угробил свою жену.