— Дар, повторяю еще раз: не заморачивайся. Я тоже не должна была устраивать истерику, увидев платье, но устроила же. Кстати, что ты делал около моей комнаты?
— Зашел кое-что тебе передать. Надеюсь, твоя блаженная соседка не забыла убрать коробку из коридора.
— И что в той коробке? — спрашиваю Дара, чувствуя, что паника отступила. — Платье? Я уже сказала твоему брату. Не возьму.
Не знаю, почему чувствую разочарование от этого предположения.
— Плохого же ты обо мне мнения, — коварно усмехается парень, и сейчас я вижу его настоящего — дерзкого, немного наглого, цепляющего. — Я не так предсказуем, как мой брат.
— Так что же в коробке? — настаиваю я.
— Придешь к себе и узнаешь.
— Это ты так меня выгоняешь?
— Нет. — Дар снова усмехается и падает на кровать, закинув руки за голову. Рубашка красиво натягивается, а я залипаю на загорелый треугольник кожи в вырезе. — Можешь остаться со мной. Но тогда ты опоздаешь на физическую подготовку.
Предложение парня звучит так двусмысленно, что я сбегаю. Дара и так стало слишком много в моей жизни. В дверях сталкиваюсь с Китом, который ловит меня за локти. И удерживает в дверях, чтобы я не врезалась.
— Прости, — бросаю я и небрежно высвобождаюсь из его объятий.
— Не за что! — кричит он мне вслед. — Тебя ловить — одно удовольствие. До встречи вечером. Ты должна мне танец. В твоей комнате я уничтожил все следы присутствия того платья!
— Спасибо!
Глава 13 Дар
Вижу, как Кит провожает Каро жадным взглядом, и в желудке сворачивается холодный комок. Неприятно признаваться себе: эти двое хорошо смотрятся вместе. Я бы тоже мог смотреться хорошо с ней рядом. Раньше. А сейчас… Что бы ни говорила Каро, никто не возьмет сломанную вещь, если рядом есть такая же, только полностью рабочая. Это же очевидно. Да, мы не вещи, а люди с мыслями, чувствами, разными характерами. Но кого это волнует? Я прекрасно знаю, в каком мире живу.
В душе закипает злость, обида на несправедливость, я даже не совсем понимаю, зачем задаю Киту этот вопрос. Какой ответ ожидаю услышать?
— И что у тебя с новенькой?
Кит оборачивается ко мне не сразу, по ощущениям, смотрит Каро вслед.
— Пока… — На лице брата появляется мечтательное выражение, и я понимаю: у себя в голове он все еще обнимает Каро. От этого больно. — Ничего. Но мы же знаем, что сегодня вечеринка, а на черно-белой вечеринке… многое может случиться. А ты против?
Кит разворачивается и смотрит на меня с вызовом, словно ждет, что я вступлю в спор или возражу. Но я молчу. А что тут скажешь? Я знал о симпатии брата к Каро, на что рассчитывал? На то, что Кит благородно отступит? А с какой стати? Мы с ним всегда выступали за честную борьбу. Раньше даже спорили на девчонок. Только вот на Каро спорить не хочется. И борьба честной быть не может. И меня это злит.