— Заткнись, Кит, и добудь чаю, — бросает Дар.

— Не хочу… — Мотаю головой и сажусь на заправленную кровать, куда меня настойчиво толкает парень.

Мне чуть лучше, но руки все равно трясутся, и сердце колотится как сумасшедшее. Я снова не сдержалась, и снова выходка идиота, который вздумал меня травить, вывела из себя. Так нельзя. Мне опасно срываться.

— Виски? — предлагает Кит, видимо, тоже заметив, что происходит что-то не то.

От виски отказаться сложнее. Этак я забуду, что вообще не пью, потому что у меня режим и принципы.

— Что тебя опять напугало? — спрашивает Дар. — Снова он? Да?

Киваю и обхватываю себя руками. Ненавижу быть напуганной и жалкой. Когда-то я пообещала себе, что подобного больше не произойдет, и вот снова не могу себя контролировать.

— Да вы объясните мне, что происходит? — возмущается Кит.

— Брат, выйди, пожалуйста, — просит Дар, но я отрицательно мотаю головой.

Наверное, скоро все равно все узнают. И уж точно не получится скрывать от Кита. Дар в курсе, а близнецы всегда вместе.

— Пусть остается… там было платье…

Кит смотрит удивленно, но молчит, за что я ему благодарна. Не пытается уточнять, перебивать или высмеивать, хотя совершенно не в курсе того, с чем связан мой страх.

— Это ведь было не обычное платье? — осторожно спрашивает Дар.

Я закусываю губу и снова киваю. На миг прикрываю глаза, и меня буквально выбрасывает в воспоминания.

Тусклый свет лампы подрагивает. От этого тени становятся длинными и напоминают чудовищ, которые живут под кроватью. Хотя какие чудища под кроватью принцессы? С кучей подушек и балдахином? Дома у меня была самая обычная кровать, и вот там, по моему мнению, могли поселиться любые чудища. Я очень боялась их в детстве, не подозревая, что самый страшный монстр — это милый улыбчивый человек, напоминающий моего плюшевого медведя. Большой, полноватый, с мягкой улыбкой и крупными руками. У него тихий голос и колючий взгляд, который он прячет за толстыми линзами очков.

— Смотри, что я принес своей красивой куколке? — говорит он ласково, а у меня в желудке сворачивается тугой комок страха.

Сжимаю кулаки и стискиваю зубы, стараясь не заплакать. Он очень не любит, когда его куколки плачут. Всегда приводит мне в пример тех, кто этого не делает. Мне не нравятся эти примеры. Я не хочу быть похожей на тех, на чьих лицах навсегда застыло отрешенное выражение. Я устала бояться, но тот кошмар, в котором нахожусь уже несколько недель, а может быть, месяцев, не хочет заканчиваться.

Какое-то время назад страшный человек поселил меня в розовую комнату. Я не знаю точно, когда это произошло, так как в моем новом мире нет окон, а день и ночь бывают в тот момент, когда мой мучитель это решил. «Как у куклы», — говорит он, и я не знаю, что он имеет в виду: мой распорядок дня или комнату, в которой все действительно так, как в кукольном домике. Розовое покрывало на кровати, розовые занавески на нарисованных окнах, розовый пластиковый стол, розовые стульчики и посуда. Все кукольное.