Остальное время домом правит мачеха Стелла Эдуардовна. Она и две ее дочери-близняшки, Жока и Мика, переехали в Нижний почти три года назад из другого города.

Дальше все развивалось по известным сюжетным лекалам, которые, разумеется, все давно знают.

— Ладно, не пытайся вызвать у меня жалость. Я все равно тебя не прощу, потому что ты умудрилась за какие-то полчаса накрутить мне все нервы не хуже дюжины трезвых пасторов протестантского толка!

— Чего?

— Бесишь, говорю! — рявкнул я, прыгнув ей на плечо и оттянув мочку правого уха. — Что за дом⁈ Ни выпивки, ни гостеприимства, ни пастушьего пирога, так еще, поди, даже дублинский стэп танцевать не умеешь?

— А ты научишь?

Да, это был вызов. Пресвятая Бригитта, Хранительница очага, вот тут уже коварная малолетка, образно выражаясь, умудрилась поймать меня двумя пальцами за мягкое! Какой же проказник откажется научить людишку традиционным танцам Изумрудного острова? Есть вещи, которыми легко взять на слабо́ любого ирландца…

— Смотри! Спина прямая, руки вниз, вдоль тела, голову держим высоко, но не запрокидываем, ноги свободны, все движения отточены и выдержаны в едином ритме, удар каблуком чередуется с ударом стопы! И… начали-и!

Я не нуждался в музыке, ибо она от рождения звучала у меня в голове. Мне не нужна была сцена или специальная обувь: плоскость стола и кожаные башмаки отзывались идеальным звуком. Душа просто пела!

Мое сознание захлестнули сказочные воспоминания, сердце билось в ритме танца, я был полон вдохновения и решимости показать этой самой Светлой Госпоже, что такое настоящий дух Ирландии! А потом…

Короче, я оттарабанил минут пять, пока вдруг не понял, что надо мной просто издеваются. Мэри хлопала в ладоши, ее голубые глаза светились от счастья, но она видела перед собой не опасного взрослого проказника, а маленького цветочного эльфа, приплясывающего перед ней ради поднятия ее настроения…

— Все равно ты дура, — резко остановился я.

— Почему? Мы же вроде подружились?

— Я не дружу с людишками!

— Но я не эта… не… — сбилась она, вновь надевая на себя маску крутой «чародейницы». — И называй меня Светлой Госпожой!

— А то что? Накажешь меня за непослушание?

— Я тогда… даже не знаю…

— Думай, думай, мне некуда спешить!

На самом-то деле, конечно, было куда. Поставить на место худенькую пятнадцатилетнюю девчонку — вообще не проблема, раз плюнуть и растереть! Но что, если только она знает, как я сюда попал и как мне вернуться?

Вопросов было слишком много, а самое неприятное, увы, что помнил я пропорционально мало. Но почему же, скажите на милость? Потому что если сейчас мне катастрофически не хватает виски, значит, в какой-то момент его было во мне так много, что мозг просто отключил память за ненадобностью.