Он отбросил труп, и я заметил, как контуры демона внутри сгустились. И через миг новая волна псионики ударила по моему «угольковому» сознанию… Я споткнулся, перекатился через спину, даже непроизвольно заскулил.

«Убить! Ты, низшее огненное существо, я приказываю тебе — убить!»

Мне едва удалось силой воли сбросить эти мысленные оковы, и я смог сделать ещё несколько прыжков в его сторону. И снова сгустился контур в огненном смерче, стал ещё чётче…

Но едва раздался следующий вой Вывертыша, как я кувыркнулся, в воздухе разворачиваясь обратно в человека. У меня вышло улётное сальто, я даже мягко приземлился на ноги, присел, а уже человеческие мои руки перехватили лежащую по пути винтовку…

— Оп-па! — я радостно ощерился.

Мне в лицо ударил нестерпимый жар и оглушающий, чуть ли не срывающий волосы с головы, вой. Вывертыш ревел, сконцентрировав всю мощь своего контроля на мне одном. Вот только у него вышла осечка… На людей это не влияет.

Ну да, страшно, аж коленки трясутся. Да вот только в армии нас так и учили — стрелять, когда и коленки трясутся, и штаны от страха полные. Это не мешает глазам целиться, а пальцам нажимать на курок.

Я сразу выцепил в прицеле яркое сердце в огненном смерче. Палец нажал на крючок и… винтовка жалобно щёлкнула в моих руках, выдав какой-то пучок дыма из казённика. Осечка⁈

Вывертыш, кажется, захохотал и сразу ринулся ко мне.

— Она многозарядная, — хмыкнул я, моментально передёргивая рычажок.

Выстрел. И звезда внутри смерча рассыпается, а потом развеиваются огненные вихри в нескольких шагах от меня.

Вывертыш перестал быть… Лютое исчадие Вертуна, страшнейший сон любого солдата. Увидеть его может только маг, и убить его может только маг.

— Какая хорошая капитская… тьфу ты… великолунская разработка, — с улыбкой сказал я, оглядывая винтовку, а потом повернул голову.

Звучали последние выстрелы у бревна. Великолунцы всё-таки добивали «угольков», которые после исчезновения Вывертыша дезориентировались. Слишком долго тот держал их мозги под контролем.

Лошадь, тащившая волокуши с Одержимым, валялась с перегрызенным горлом. А вот сам монстр-«уголёк» не пострадал, так и валялся связанный и всеми брошенный.

Я тут же метнулся к нему, подхватывая по пути другую винтовку с прицепленным штыком. Остановился. Прицелился… и минус одна голова за бревном.

— Воу! — я тут же упал, когда совсем рядом просвистели пули. Кто-то всё-таки заметил меня.

Я уставился на лечебный артефакт, лежащий перед самым лицом, с бело-синим камнем в оправе. Какой-то великолунец перед смертью вытащил его, надеясь успеть исцелиться. Не успел…