Я ничего не понимал. Миллион вопросов и ни одного ответа. Раньше я следил за ним и должен был его уничтожить, но теперь мы поменялись ролями. Он выследил меня и собирался уничтожить. Или припугнуть? Тоже вариант.

Я стоял молча и смотрел на Игорина. Тот сверлил меня взглядом, тяжело дышал и молчал.

Я сдался первым и произнес:

— Какого хрена?

Мои слова стали сигналом к бегству. Игорин вдруг развернулся и побежал вглубь двора. Я бросился за ним, поражаясь абсурдности всего происходящего. Зачем Игорин напал на меня? С какой целью? Если бы хотел убить, то можно это было сделать куда более простым способом. Со спины перо в бок и все вопросы решены. Тем более почему он сейчас убегает? Я видел кто на меня напал. Он рассекретил свою личность. Я знаю, где он живет. Нет смысла в бегстве, потому что я смогу его найти.

Что вообще происходит?

Игорин добежал до желтого «Жигуленка», открыл дверцу и запрыгнул на водительское сидение. Через мгновение взревел двигатель, и машина сорвалась с места. Я добежал до своей машины, забрался в кресло водителя, завел двигатель и поехал за Игориным.

Сердце бешено колотилось в груди. Мысли лихорадочно метались в голове. Во рту все пересохло. Снова разболелись глаза. И за воротник рубашки сзади что-то стекало липкое. Похоже кровь.

Я ничего не понимал. Никакой логике не поддавалось это нападение. Зачем Игорин на меня напал? Теперь я преследовал его, но что мне делать, когда я его настигну? Мне придется его устранить, выполнить задачу, которую мне поставил Кармий. Какая-то несусветная, нелогичная глупость со стороны Игорина нападать на меня.

Я держал в поле зрения желтый «Жигуленок». Он направлялся в сторону центра, ехал с заметным превышением скорости, да и я не отставал. Первый же пост ГАИ и к нашей процессии присоединиться еще патрульная машина, но пока нам отчаянно везло.

Мы неслись по Московскому проспекту, поймав так называемую зеленую волну. Успевая без остановки проехать от одного зеленого светофора до другого. Проехав мимо Электросилы, затем мимо метро «Фрунзенская», Игорин свернул направо на Обводный канал и поехал вдоль него. Он удалялся в сторону от своего дома. Я продолжал ничего не понимать в происходящем.

Обводный канал — серый пояс Ленинграда. Здесь промышленные здания соседствовали с заброшенными территориями, заросшими сорняками и битым кирпичом. До парадной части города рукой подать, совсем недалеко находятся жилые кварталы, и тут же заводы «Красный треугольник», «Подъемтрансмаш», «Знамя труда», «Резинотехника», Коксогазовый, Ленинградский молочный комбинат, Ликеро-водочный завод «Ливиз» и две прядильно-ткацкие фабрики.