– Печально… И мы сожалеем, что нам пришлось так поступить! Но вы же здесь, чтобы мы договорились о мире! Это ли не повод для радости? – парировал Иврит в ответ, после чего поманил пальцами слугу-фэйри и, что-то шепнув ему на ухо, вернулся ко мне, – Вы ещё не обустроились в своих покоях?
– Не успела. Когда, если мы и шагу во Дворце не сделали, а нас уже повели сюда? – я едва скрыла злую усмешку. Чего они хотят? Моей смерти? Но почему я тогда ещё жива? Или они преследуют какую-то иную цель? Боги, я, кажется, совсем запуталась!
– О, не переживайте! У вас будет ещё достаточно времени… Завтра мы уже приступим к переговорам, да, но сегодняшняя ночь лишь ваша!
Я отзеркалила улыбку Иврита и, так и не почувствовав яда в бокале, выпила вино залпом, пытаясь не расплакаться. Здесь всё было слишком, здесь всё было не так! И каждый играл в свою игру, кажется, гораздо более худшую, чем те, с которыми я сталкивалась дома!
*********
Ночь наступила невероятно быстро, и я была так благодарна ей за это!
К сожалению, я не могла покинуть празднество до его завершения, высказав тем самым неуважение Благим, хотя так хотелось! Ведь длилось оно аж до конца сумерек, и лишь когда небо оказалось усыпано звёздами, всё стало постепенно стихать. И даже тогда я не могла уйти первой!
Впрочем, возможно, мне ещё повезло и они праздновали бы всю ночь, да вот только на небе, что так редко бывало перед Самайном, взошла Кровавая Луна. Благие сразу как-то засуетились, забегали, будто искали укрытие, а я лишь улыбнулась, зная, что это предвестник успеха. Для Неблагих.
Но за любой успех нужно платить. И какова будет плата за мой?
Зашипев от неприятных ощущений, я вытащила следующую заколку из волос, убранных в сложную причёску, не понимая, как Советнику удавалось так безболезненно распутывать мои косы каждый день, будто он лично их заплетал. Впрочем, возможно, дело было не в том, что он знал, где и что держит какую прядь, а в том, с какой любовью он это делал и с какой нежностью. Как он пропускал эти пряди между пальцев после и как демонстративно целовал их…
Быстрые, но плавные шаги тихим шелестом разносились по коридору и, отражаясь от стен, возвращались к нему, как никогда остро чувствующему своё одиночество. Он шёл вперёд, поправляя перчатки, то и дело сползающие с рук. Новая ткань была совершенно неудобна, однако, она позволяла хоть на мгновение отвлечься от того кошмара, что поселился внутри него.
«Отвлечься…» – мелькнуло едкое внутри него, но мысль резко оборвалась, толком и не сформировавшись.
– Ауч!
Тихий вскрик, удар плечом и пергамент, веером рассыпавшийся по полу, были свидетелями того, насколько хорошо он отвлёкся. Ага, конечно! Что бы он сейчас не делал, отвлечься он не мог. Все его мысли крутились вокруг одной-единственной темы, и отойти от неё он не мог ни на шаг.