И продолжалось это до тех пор, пока не появились парни, которые основали Орден Охотников. Они были именно теми, кем следовали из названия: охотниками за тварями, редкой нечистью и сокровищами. Командоры Ордена сумели продавить правительства своих стран на получение исключительного права заниматься этим промыслом. В обмен гарантировали защиту от тварей, вырвавшихся из прорывов, и поступление в казну налогов от реализованных ценностей.

Получив это право, Охотники быстро навели порядок и распределились по провинциям подчинённых Ордену территорий. Собственно, на этом можно было заканчивать изучение этих парней, потому что в этом виде Охотники стали уже настолько древней историей, о которой помнят немногие. Можно лишь добавить, что из-за опасных условий жизни и охоты, это были суровые, умелые воины и сильные маги. Всё. Никакими необычными навыками они не владели и никакие легенды про них не ходили. Ну, разве что про невероятные богатства, которые некоторым удалось найти.

А сейчас необходима небольшая предыстория, чтобы понять, что же произошло в дальнейшем. Однажды главы государств собрались на Ассамблею. На ту самую, на которой придумали способ регистрации граждан. Ну а что, очень удобно, особенно тем, что не нужно дорогостоящие переписи населения устраивать, все и так подсчитаны и учтены. А из этого второй плюс, не надо гадать, что там по налогам. Всё уже подсчитано и учтено. Набор в армию тоже упростился потому, что всё рассчитано и… в общем, понятно.

А вот второй вопрос, который они обсуждали, заключался в создание некоего судебного органа. Судей, способных выносить непредвзятые решения. Особенно в делах, где практически невозможно вынести правильное решение, потому что в любом случае возникнут последствия, иногда фатальные.

Тогда-то теми же магами, которые делали реестр, были созданы жетоны. А также отдельный реестр, куда отобранные жетонами жертвы… простите, судьи, и будут вноситься.

Мы так и не поняли, какие качества эти полудурошные архимаги включили в критерии отбора. Но основное было — беспристрастность. Когда дед в своём рассказе дошёл до этого места — то мы задумались. А ведь верно. Более беспристрастных людей жетонам найти сложно. Хотя бы потому что мы толком никого здесь не знаем. Есть, конечно, обитатели Вольфсангеля, к которым деды равнодушными уж точно не будут. Но их, похоже, приравняли к нежити, подлежащей уничтожению, так что всё нормально.

Но мне вот было решительно непонятно, за каким хером внедрять функцию умерщвления неугодного кандидата? Ну не подошёл человек, бывает. Зачем его в расход-то пускать?