— Сомневаюсь.

Вдруг, из соседнего помещения раздался звонок.

— Наверное, Лебедев? — предположил Самсонов, затем обратился ко мне. — Так что, поможешь?

Не знаю почему, но злость постепенно отпускала. Возможно, Самсонов действительно убедил меня — этого я еще и сам не понимал в полной мере.

Из коридора ослышались приближающиеся шаги. Не прошло и двадцати секунд, как из-за ширмы показался взволнованный подполковник.

Едва заметив меня, он удивленно осмотрел, присвистнул, затем перевел взгляд на майора.

— Что, уже сделали? И как, получилось?

Тот кивнул. А Лебедев, не зная как реагировать на мое преображение, неуверенно переминался с ноги на ногу.

— Я уже в курсе, подполковник, — произнес я, сделав пару шагов к нему навстречу. — Не скажу что я в восторге от этой затеи. Более того, меня это вмешательство сильно разозлило. Но так и быть, я помогу вам. Однако, все не так просто.

— Слушаю.

— Нужно хорошее снаряжение, оружие, люди. Сколько человек будет в группе?

— Семь. Четверо наиболее подготовленных офицеров из штурмовых групп, я, Костолом…

— Обалдеть, он согласился? — перебил я подполковника, а затем рассмеялся. — Как вам удалось его убедить?

— Пришлось мотивировать. Оружие будет любое — наемник обо всем позаботится. Снаряжение и медикаменты тоже.

— Хорошо, тогда сразу расставим приоритеты. Для того чтобы группа нашла выживших, если они вообще есть, нужно действовать тихо, решительно и наверняка. Командую либо я, либо Костолом.

Лебедев было дернулся, явно не согласный с таким решением, но тут же понял — это лишнее.

— Допустим, — сухо произнес он, пока еще плохо представляя как он, подполковник, будет выполнять приказы накачанного химией молодого сопляка в экзоскелете. — Что нас ждет в тех туннелях?

Я устало улыбнулся.

— Преисподняя, подполковник. Преисподняя.

— Ха, здорово, Максим! — гаркнул Костолом, едва я подошел ближе.

— Привет, наемник! — улыбнулся я, искренне радуясь тому, что там, внизу, моя спина будет прикрыта человеком, куда более опытным, чем я сам.

— Бывший наемник, — поправил тот, а затем хлопнул меня по плечу своей ручищей. — Ну и страшная же у тебя теперь морда! Ладно, шучу, рад тебя видеть.

К слову сказать, я минут пять разглядывал себя в зеркало, отмечая, что мой внешний вид и впрямь стал далек от эталона красоты. Оплавленные волосы и брови удалили, большинство ожогов уже перешли в стадию заживающих, но все равно тут и там были отличающиеся по цвету шрамы и пятна.

Конечно, сверху голова была скрыта под пластиковым шлемом, поэтому большую часть безобразия я не увидел. Но и этого мне хватило — аж дурно стало от увиденного. Самсонов, оценив мою реакцию, забеспокоился, собираясь ввести успокоительное, но я отказался.