А вот дожидавшийся меня на скамейке Альберт Павлович оказался возмутительно спокоен. Откинувшись на спинку и заложив ногу за ногу, он листал газету. Не прервал этого своего занятия, даже когда я плюхнулся рядом, разве что потребовал:

— Излагай!

Меня дважды просить не пришлось, но доклад никоим образом противоестественного спокойствия куратора не поколебал. Он разве что несколько раз кивнул, будто соглашался с какими-то своими мыслями.

— Что происходит, Альберт Павлович? — потребовал я объяснений. — Что, чёрт возьми, происходит⁈

— Да ничего нового, — спокойно пожал тот плечами. — Всё та же борьба за власть. Черник пытается лишить особую научную территорию остатков автономности, дабы присоединить ОНКОР к комиссариату внутренних дел, а Рогач согласен сохранить полномочия наблюдательного совета, если корпус отойдёт армии.

— А что Баюн? — поинтересовался я позицией председателя соврескома и главы объединённой соцпартии.

— Торгуется, вестимо, — коротко ответил Альберт Павлович и добавил: — Поэтому сейчас чрезвычайно важно действовать исключительно в рамках правого поля.

— Я ещё там или уже нет?

— Пока ничего криминального ты не совершил, — уверил меня куратор. — О задержании Врана, думаю, не объявят, пока его не вывезут за пределы научной территории, какое-то время для манёвра у нас ещё остаётся…

— А с Никой и Викой что будет? — спросил я.

Округлое лицо Альберта Павловича враз утратило невозмутимость, он словно лимона откусил.

— Младшую отдадут органам опеки, старшую наверняка задержат для оказания дополнительного давления на отца. Плохо и даже очень, но если попробуем укрыть их, то подставимся под удар. Тогда наши оппоненты с полным правом заявят не только о препятствовании правосудию, но и о заговоре. Этого допустить нельзя.

Я вскочил на ноги.

— Просто возьмём и умоем руки?

Альберт Павлович выразительно поглядел на меня.

— Есть идеи, как прикрыть барышень законными методами? Предлагай!

— Викторию надо переправить на Кордон. Она в списке соискателей, прошла медосмотр. Там никакая опека не подкопается. И любой запрос можно будет на законных основаниях заволокитить или даже отклонить.

Альберт Павлович кивнул.

— Это ты хорошо придумал, — мягко улыбнулся он и враз посерьёзнел. — А попадёт она как на Кордон, а?

— Можно подумать, так сложно пропуск оформить!

— Нет! — отрезал куратор. — Никто заниматься этим не станет! Иначе раздуют из мухи слона!

Я фыркнул.

— Да вообще не проблема! Сам её на Кордон отвезу в обход постов!

Альберт Павлович тоже встал со скамейки и покачал головой.

— На Кордон — не надо. Доставь на восьмидесятый километр, там будет ждать машина Звонаря. Я с ним созвонюсь, объясню ситуацию. А вот как быть со старшей, ума не приложу.