— Была, — согласился дюжий мужик по имени Лютовой. — Только где она — ни один наследник вам не скажет. Только Токомерий и знал.
Вот, думаю, ядрёна-Матрёна! А я так на дом настроился на Сапоговой улице. С тренажёркой и лабораторией!
— А пошли, у него самого спросим? — предложил Кузя (принявший, как потом выяснилось, пару лечилок из груды, вываленной на столе Кощея). — Стикс Стиксом, а пока он из Леты не попьёт, в памяти будет. Скажет, где птица. Глядишь — сторгуемся. О, глянь! Монетки как будто в рот проваливаются!
МНОГАЯ ЛЕТА
Дёрнулся я к покойнику — никто пикнуть не успел. Прикоснулся к монетам и почувствовал, как с изнанки мира их кто-то на себя тянет! И портал по этой наводке построил, мгновенный. Вывалился посреди здоровенной лодки — вокруг толпа людей, все глазами хлопают, а напротив меня дядя в балахоне стоит, огромный, метра два с половиной. Он за монеты держится — и я тоже. А неудобно ж, меленькие они!
— Заяц? — спросил перевозчик.
— Волк! — сердито ответил я. — Деньги чьи?
— Мои! — ревниво сказал перевозчик и потянул монеты.
— Три раза! — разозлился я. — У кого ты эти монеты взял, я тебя спрашиваю⁈
— Да не помню я! — сердито заорал Харон и выдернул из воды весло.
Все вокруг присели — кому охота веслом такого размера получить? И только Кузя взлетел и коронным в скулу отправил Харона за борт. В воду заслуженный перевозчик ушёл без всплеска, даже круги не пошли.
Мёртвые испугались и хотели побежать, но было некуда. Лодка опасно закачалась.
— А ну, тихо! — воскликнул возмущённый женский голос. — Сели все! Что ещё такое⁈
Получив чёткую команду, усопшие души расселись по лавочкам, и я увидел деви́цу в простыне, прихваченной на плечах пуговками. С кувшином и двумя стаканами.
— Это вы хулиганите? — сердито нахмурилась на нас она. — Ждите смирно своей очереди, сейчас и вам воды налью!
— Из Леты, поди? — поинтересовался я.
— Это неважно, — подняла брови девица и принялась наполнять стаканчики. — Правила есть правила.
Она выдавала стаканчики очередным сидящим, ждала, пока они выпьют, и наполняла снова.
— Скажи-ка лучше, Токомерий где?
— Да почём я знаю⁈ — раздражённо ответила девица. — Как помрут — все одинаковые!
Ну, приплыли! Я оглянулся по сторонам:
— Вы что, оглохли все, что ли⁈ Кто Токомерий Негру Вода?
— Ну, я, допустим? — поднялся чернявый усатый мужик. — Какие-то проблемы?
— Наконец-то! Скажи-ка, уважаемый, ты когда помирал, какие распоряжения касательно жар-птицы оставил? Купить её можно?
— Жар-птицы? — крайне удивился валашский князь. — Вы хотите купить у меня жар-птицу? Не-е-ет, без меня её даже посмотреть невозможно! Она же… — тут девица вложила ему в руку стакан, который он автоматически…