Стало очевидно, что мои одежда и броня не пережили взрыва. Бесследно исчез и пространственный браслет, в котором хранились припасы для экспедиции, зелья, часть артефактов, оружие и прочая мелочевка. Но самое главное, я не видел перчаток на своих руках, кольца сокрытия, Зеркала Души, и черного копья, которым добил Эргрима. И если копье, в теории, могло быть разрушено, в чем я сильно сомневался, то как быть с перчатками, которые казались мне чуть ли не неуничтожимыми и зеркалом, которое, вроде как, и спасло мою жизнь? Куда они делись? Куда делось кольцо, скрывавшее меня от чужих любопытных взглядов? Неужели действительно уничтожено?

А следом за вторым, меня накрыло и третье откровение. Я внезапно осознал, что сам стал ядром городской формации. В моих руках оказался полный контроль, каждая скрытая функция, и самое жуткое, каждая жизнь Юго-Восточного Бастиона.

Тишину нарушил дикий рев. А я медленно опустил голову и посмотрел на свой живот. В ту же секунду, стряхнув с себя остатки липкой пленки, я и открыл вход на поляну и вышел рядом с домом.

— Сона! Беда! — закричал изо всех сил.

— Что случилось⁈ Что-то пошло не так⁈ — девушка тут же материализовалась рядом со мной и внезапно обнаружила, что я стою перед ней в чем мать родила. — Ой! Дорен⁈ Где твоя одежда⁈

— Уничтожена, где же еще, –пожимаю плечами.

— Точно, — покраснев, Хранительница отвернулась в сторону, но почти сразу же всполошилась. — А что за беда⁈

— Я не ел целый год, — и в подтверждение слов, дикий рев из моего живота вновь сотряс воздух.

— П-поняла! Сейчас все сделаю! — девушка тут же исчезла.

Пока Сона суетилась на кухне, я решил по-быстрому ополоснуться, смыв с себя липкую слизь, и, наконец, одеться. Благо сменной одежды в карманном мире было полно.

Растянувшись на горячих камнях в купальне, я невольно застонал от удовольствия. Ради такого, я был даже готов недолго потерпеть ужасающий голод, черной дырой прожигающий мой пустой желудок.

Вообще, это было странно. Желание поскорее набить брюхо ясно указывало на то, что я еще смертный. Но даже самый короткий взгляд на собственное тело, заставил мои брови непроизвольно поползти вверх. То, насколько сильно я изменился внутри, невозможно было описать словами. И самым разительным изменениям подверглись духовные каналы, которые по своей сложности и запутанности превзошли даже нервную систему.

Одной лишь мысли было достаточно, чтобы колоссальный объем энергии охотно откликнулся на мой зов. Внушительная сила по самым общим прикидкам была на уровне семи звезд, и я чувствовал, что это не предел. Оперирование таким количеством маны не вызвало у меня ни малейшего дискомфорта. Я никогда еще не чувствовал себя настолько сильным. Полностью погрузившись в изучение всех изменений, я потерял счет времени.