Возвращение черномага из сказок в современную реальность — это стратегическая информация и пока я попридержу её у себя. Чисто на всякий случай. Да и вряд ли Марья будет так самозабвенно наглаживать хомяка, как делает это сейчас, когда узнает, что это никакой на самом деле не хомяк — а Бранибор.
Про то, что бирмингемцы подчиняются Альфрику тоже говорить не стал, это инфа для её отца. Вот, пусть он сам и распоряжается ей как посчитает нужным.
Ну, а когда мы всё обговорили, и настало время провожать девушку — вот тут, настал настоящий облом…
Когда я проводил Марью до двери, она всего лишь мазнула своими губками по моим и, бурно покраснев, выскочила из моей комнаты. Получился этакий небольшой чмок, вместо приличного французского поцелуя — на который я рассчитывал!
Вот… вертихвостка!
Разочарованно выдохнув, пожаловался хомяку, оставленному принцессой лежать на кресле:
— И вот, что это было? Разве это поцелуй?
На что распластанный на диване хомяк отмахнулся лапкой и пропищал:
— Отстань… Не мешай кайфо… работать. Не мешай работать!
Видимо, принцесса хорошенько так его нагладила, раз пушистый до сих пор кайфует. Вернее, работает. Конечно же работает… Ага, сщас!
Ладно, пускай занимается. Как бы я не зубоскалил, а восстановление сил черномага — дело полезное.
Ну, и мне пора заняться полезным делом. И нет, не готовиться к завтрашнему бою — к нему я и так готов.
Моё дело…
Я подошёл к кровати, снял с себя шорты с майкой, которые надел после душа и зашвырнул их в сторону кресла.
Блин, там же хомяк, небось его накрыло моими шмотками… Ай… да и пофиг! Как-нибудь переживёт.
С этими мыслями я рухнул в кровать и никогда ещё прежде подушка мне не казалась настолько мягкой…
Моё дело сейчас — спать.
Глава 27
Англия. Лондон. Спортивный городок. Комната Владимира Лескова.
Вставать совершенно не хотелось. Вот, вообще. Потому на стук в свою дверь я буркнул что-то невразумительное через сон, повернулся на другой бок и продолжил спать.
Вот только, когда через некоторое время ко мне в комнату вломились Марья и аж четыре лекаря, пришлось, всё же, продирать глаза.
Марья взяла с кресла мои шорты с майкой и протянула их мне:
— Вставай, ты уже завтрак проспал!
Так, не понял, а когда это мы жениться успели, чтобы Марья врывалась ко мне в спальню и ковырялась в моём белье⁈
Ну, не в спальню — а в одну единственную выделенную комнату. Она тут и гостиная, и спальня, и кухня. В общем, всё в одном. Да и не то, чтобы она прям в белье моём ковырялась — а просто майку с шортами взяла.
Но всё равно!
Хотел было как-то язвительно пошутить, но со сна голова соображала туго, так что ничего не придумал, а ещё на слове «завтрак» у меня заурчало в животе.