— Жить надо было немного иначе, — язвительно заметила Камилла, даже не выказывая намерения подняться с пола и одеться. — Кстати, драгоценнейший мой Харганчик, радость моя, прелесть моя… Ты порвал мне платье на совершенные лохмотья. В чем же я буду встречать тебя завтра?

— Оно что у тебя, одно? — не остался в долгу вредный дух. — Или ты хочешь, чтобы господин наместник тебе возместил материальный ущерб? Не успела переспать, уже доить начинаешь!

— Молчать… — тихо прошипел демон, не в силах сосредоточиться из-за их перебранки. — Завтра встречай меня голой. Иначе мы платьев не напасемся. Где моя рубашка?.. О-о… н-да… ладно, подай камзол… Дух, что там случилось?

— Сейчас расскажу. Не при ней.

Наместник бросил прощальный взор на покойную рубашку, вспоротую крыльями, набросил камзол и обнаружил рваные дыры на месте пуговиц. Покосился на единственную выжившую одежку, прикидывая, не будет ли смотреться глупо в нарядном плаще на голое тело. Пообещал себе впредь быть разумнее.

— Ну вы даете, босс… — хихикнул вредный дух. — Всегда так разрушительны в сексе?

— Заткнись… — прорычал Харган. — Камилла, быстро что-нибудь надень и сбегай в мои покои за одеждой. Как-то все же не подобает шляться голым и пугать подданных…

Когда дама испарилась с проворством хорошо вышколенной служанки, он неохотно пояснил, чтобы любознательный Генри не додумался обсуждать интимную жизнь босса с кем-то еще:

— Демоны так разрушительны во всем. Ты еще не видел меня в рукопашной, и не доведи тебя Повелитель увидеть. Думаешь, зря меня так боится советник Блай?

— Да, кстати, вот о советнике я и хотел вам сказать, — подхватил дух. — Тут небольшая неувязочка получилась… В общем, Шеллар его сделал… во всех смыслах… боюсь, дальше он продолжать работу… мм… не сможет…

— Если ты не перестанешь мямлить и не начнешь называть вещи своими именами, я тебя разжалую в дворцовые призраки без всяких прав на новое тело!

— Если называть все своими именами, то, кажется, он его убил.

— Кто — кого?

— Я же сказал — Шеллар… Правда, я не ручаюсь, вам лучше взглянуть, как специалисту, насколько там жив или мертв бедный советник, спасать ли его, поднимать ли — или сначала добить, потом поднять…

— Там что, врача нет?

— Откуда там врач? Охрана побежала за палачами, те хоть немного в медицине смыслят, а я — за вами.

— Ты-то что там делал? — ворчливо поинтересовался наместник. — Тешил свое чувство мести?

— В некотором роде. Не то чтобы мне было приятно видеть, как кого-то бьют, пусть даже Шеллара… но я решил смотреть с самого начала, чтобы не пропустить момент, когда он сломается. Ради этого момента я даже готов выдержать тошнотворные кровавые гадости, которыми славятся подвалы министерства… Я хочу видеть, как он будет стоять на коленях и просить пощады. Сколько же можно быть победителем? Должен же он когда-то… как это здесь называется… познать обратную сторону пути. Кстати, а зачем вы с ним так возитесь? Если вам надо его приручить, присадили бы на героин или что там в вашем мире есть из аналогов.