От шамана к его стражам тянулись красные нити, но вдарить по коротышке с посохом не получалось из-за мерцающего барьера. И алтарь всё ярче горел зловещим алым светом.
— Ритуал скоро начнётся, — объявил Лукас. — Надо отступить.
— Нет, — проявив неожиданную для всех храбрость, сказал я, словно чуя неплохую добычу. — Я помешаю ему колдовать. Оскар, прикрой меня.
Глава 13
Неожиданно решительно даже для себя я сорвался с места, вновь обращаясь к магии, щедро рассеянной вокруг. Гоблинский лучник, выглядывающий из-за шатра, отлетел прочь, согнутый пополам, как ещё недавно Ренэ.
— Стой, психопат!
Я не понял, кто это закричал, но, если не потороплюсь, девушка погибнет. Я видел применение одного из разделов чёрной магии, запрещённой под страхом смертной казни: использование жертвы для собственного усиления. Не представляю, насколько оно было мощным, но требовалось прервать ритуал пока Мара ещё жива. Вот только алтарь находился слишком далеко. Я прекрасно чувствовал предел управления мировой силой и не мог его достать с текущей дистанции.
Большую часть гоблинов покрошили быстро, а теперь я, пылая яростью, раскидывал всех на пути. Водные стрелы сбивали оставшихся с ног и скручивали их путами. Во мне струилась сила, а отдача казалась несущественным препятствием.
Хотелось сломать сам ритуал, но… вмешиваться в чужое заклинание или работу мощных артефактов неимоверно тяжело. Поэтому целью стал шаман. Коротышка, активно применяющий словесную магию, почувствовал моё внимание и наши взгляды на секунду пересеклись.
Гоблин отступил на шаг. Он испугался меня… и не зря.
— Вакуум.
Воля проигнорировала пелену купольного барьера и подняла внутри него ветер, сметающий с алтаря черепки с разноцветной дрянью. Шаман отпрыгнул с прежнего места, но ему это не помогло. Схватившись за шею, он споткнулся и распластался на грязном камне. Огоньки зелёной магии, уже готовые выстрелить в меня, взорвались в воздухе.
В тот же момент спало усиление с хобгоблинов и Теодор не упустил шанса. Движений воителя я не видел, только шлейф от пылающего меча и брызги крови. Первый удар подсёк руку и заставил зеленомордого выронить оружие. Следующий разрубил ремешки брони и оставил на теле глубокую рану.
Я перестал следить за чужой битвой, фокусируясь на главной цели.
Шаман пытался отползти, но установленный мной барьер не пропускал тщедушного гоблина. Ритуал прервался, руны на алтаре гасли, как и камни в уродливом посохе. И всё же просто задушить сильного монстра не удалось.
Узор на теле шамана внезапно вспыхнул, и вокруг него разошлась волна алой энергии. Мне будто снова врезали в живот, выбивая воздух. Магия, направленная волей, разорвалась, напоследок ударив меня сильнейшей отдачей. Шаман поднялся, вскидывая скрюченные руки, пылающие красно-изумрудной магией.