— Этот последний, говоришь?

— Ир-рлиу. — подтвердил зверь.

— Ну, тогда пошли, посмотрим, что там демоны натворили с хранилищем, а потом надо будет вытащить всех этих тварей наружу, и заново закрыть ворота.

То, что я увидел у входа в сокровищницу, заставило меня помянуть одного из младших богов тёмного пантеона. Две печати ада: Одна, малая, была нанесена прямо на дверь, и святилась бордовым светом. Вторая, средняя, распологалась на полу, перед входом, и из её центра в малую бил багровый луч.

— Даже мне незнаком подобный ритуал. — произнёс я с зажатым носом, разглядывая странную магическую конструкцию, от которой несло мерзкой вонью. Подняв взгляд чуть выше, совсем расстроился. Да что же это такое, у сокровищницы осталось всего лишь тридцать процентов прочности.

— Илюша, похоже мы успели в самый последний момент. Надеюсь, дверь дождётся, пока я восстановлю резерв маны. Пошли, усатый, займёмся делом.

На удаление тел с территории понадобилось аж три часа. Затем пришлось повозиться с воротами, но и с этим мы справились. Да, в этот раз питомец усиленно помогал мне, и надо заметить, что с пользой для дела.

После удалось перекусить сухарями и сушеными фруктами, сохранившимися в тайнике, оборудованном мною в донжоне. Худо-бедно, но к этому времени мой резерв маны полностью восстановился, и я направился к хранилищу. За прошедшее время прочность двери сократилась почти на процент, и сейчас под пожелтевшей шкалой висели цифры:

«293 475/1 000 000»

Выглядела цифра внушительно, но я вообще планировал обнулить всю прочность, а тут меньше трети. По идее надо бы подождать сутки-другие, после чего спокойно уничтожить печати, а потом взломать защиту несколькими ударами. Вот только я был уверен, что это ошибочная стратегия.

Удар по средней печати, и над ней вспыхивают шкала прочности. Надо же, я и не думал, что мой удар магией стал настолько сильнее.

«5858/10 000»

Итого я одним ударом снёс более сорока процентов прочности у средних врат. Хмыкнув, добил ещё парой заклинаний одну начертанную фигуру, и тут же, не медля, нанёс удар по малой печати. На удивление, та показала небывалую прочность — почти пятьдесят тысяч, которые начали быстро регенерировать. Ну держись, паскуда!

Остановился, когда у врат осталось чуть больше пятисот единиц. Посмотрел на запасы маны, и чуть не присвистнул. Это надо же, половину своего резерва истратил. Еще раз окинул взглядом сильно потускневшую, почти уничтоженную малую печать, и нанёс ещё один удар. Тут же перед глазами появилось системное сообщение:

'Игрок, ты в одиночку освободил