— Субъект Крис, — произнёс он. — Эффективность операции: 98 %. Рекомендация: мониторинг состояния печати каждые 3 минуты.
Стив фыркнул, но на этот раз в этом звуке была не злость, а облегчение.
— Знаешь, — тихо сказал он, глядя на Кайл‑7, — если бы ты сейчас улыбнулся, я бы, наверное, заплакал.
Но Кайл‑7 не улыбнулся. Он просто кивнул, принимая новую задачу, и снова стал холодным, безупречным механизмом.
Я же смотрела на печать, на её ровный, спокойный свет, и чувствовала, как в груди тихо звучит тот самый ритм — тот, который не дал мне забыть. Тот, который связал прошлое и настоящее. Тот, который напомнил: пока мы слышим, мы свободны.
Глава 32
Челнок содрогнулся, пробивая верхние слои атмосферы. За иллюминатором небо рвалось на лоскуты: фиолетовые всполохи, чёрные провалы, будто сама планета не хотела нас отпускать. Стив держал штурвал так, словно уговаривал корабль лететь, а не приказывал ему.
— Держи ритм, — хрипло бросила я, цепляясь пальцами за край кресла.
Он коротко глянул на меня, и в этом взгляде мелькнуло старое, привычное: «я держу».
— Ритм держу, — буркнул он. — А ты держи голову. И себя.
Я хотела кивнуть, но не успела.
Печать в защитном контейнере вдруг перестала быть просто артефактом. Она начала «говорить» со мной — не словами, а образами. Короткие, обрывочные, пугающе точные вспышки: я видела сектор, где находилась родная планета, не как точку на карте, а как рану в ткани пространства; видела, как по сети бегут трещины; видела лицо Родригеза — спокойное, почти скучающее, будто он уже считал нас побеждёнными.
Картинка оборвалась так же резко, как и появилась. В виске запульсировало, в пальцах пробежал разряд, а плечо щёлкнуло, будто металлические узлы внутри меня пытались перестроиться под новый ритм.
Хотелось курить так сильно, что даже металлический привкус во рту казался почти приятным. Машинально потянулась к карману, нащупала пустоту и горько усмехнулась.
Кайл-7 не спрашивал — он констатировал:
— Микросбои в периферических узлах. Риск критического отказа — 18 %.
— Ничего, — выдохнула я. — Держусь.
Стив покосился на меня:
— Ты не обязана держаться. Ты обязана выжить. Остальное мы сделаем.
Кайл-7 уже сверял данные с картой, его голос звучал ровно, без эмоций:
— Мы вышли на орбиту. Связь с базой возможна через 37 секунд.
На панели вспыхнул канал, и в наушниках раздался голос — знакомый, уставший, но до боли родной.
— Это Крис. Мы на борту, вышли с планеты. Курс на координаты,возвращаемся к вам.Печать при нас, стабилизирована локально, но сеть нестабильна. Родригез активен, он пытается влиять через чип. Мы заглушили прямой сигнал, но он найдёт другой путь.