— Ты что тут делаешь один?
Адам вздрогнул и обернулся. В проёме стоял Люций, скрестив руки.
— Я… — Адам запнулся, но тут же выпрямил спину. — У меня задание. Устраняю течь на повороте. Я взял его через терминал, получил материалы на складе, подтвердил чипом.
Люций молча подошёл, посмотрел на соединение, потом на поддон. На нём не было новых капель. Он потрогал шов, чуть покрутил гайку, проверяя затяжку, и удовлетворённо хмыкнул.
— Не перетянул, не сорвал. И не стал звать старших, пока не попробовал сам. Это правильно.
Адам чуть выдохнул. Это было почти похвалой.
— Пойдём, — кивнул Люций. — Ты сделал дело, надо, чтобы система это запомнила.
Они дошли до диспетчерской. Там за столом сидел дежурный, листал журнал и щёлкал переключателями.
Путь до торговой зоны тянулся через самые оживлённые коридоры бункера. Адам шагал рядом с Мэри, стараясь замечать детали: как из приоткрытых технических люков тянет горячим воздухом, на стыках плит мигают аварийные лампы, а в боковых проходах мелькают фигуры рабочих в комбинезонах. По стенам тянулись ряды труб, одни — толстые, в теплоизоляции, другие — тонкие, с частыми хомутами; над головой гудели вентиляционные короба, и их гул то сливался с шагами, то вдруг становился громче, будто коридор ненадолго сужался.
— Держи темп, — коротко бросила Мэри, не сбавляя шага. — В торговой зоне будет толкучка, лучше прийти, пока не начался основной наплыв.
Адам кивнул и ускорился. Они миновали пару постов охраны — фигуры в тяжёлых куртках из грубой ткани, поверх которых были надеты жилеты с нашивками и металлическими пластинами. На поясах висели рации, фонари, тяжёлые кольца с ключами; на бедре у каждого — дубинка или шоковый модуль в закрытом чехле. Охранники лишь коротко кивали Мэри, узнавая её, и снова возвращались к своим рациям. Потом коридор резко расширился, и впереди показалась арка. Из проёма уже доносился шум — не ровный, как гул вентиляции, а живой, человеческий: голоса, стук, скрип, обрывки фраз.
Адам замер на пороге, и на секунду ему показалось, будто сам бункер затаил дыхание. Перед ним раскинулась торговая зона — это был целый мир внутри бункера, отдельный город, выросший в тени труб и вентиляционных шахт. Холл был огромным: сводчатый потолок терялся где‑то высоко в полумраке, редкие прожекторы, закреплённые на металлических балках, пробивали его косыми жёлтыми лучами. Между балками тянулись толстые кабели и гофрированные рукава воздуховодов — они висели, как гигантские лианы, и приглушённо гудели, добавляя к общему шуму свой низкий, вибрирующий бас.