Пасечник Альканар долгое время пытался приручить лесных пчёл, но что-то пошло не так. В результате эксперимента дикие насекомые перекусали домашних, те взбесились и вырвались на свободу. Помогите Альканару спасти обитателей пасеки и окрестностей от нашествия бешеного роя. Разделите диких пчёл от домашних и загоните последних в ульи, а диких прогоните в лес.

Большего бреда слышать не приходилось. Мы что, боевой отряд Золушек, по-вашему? Любим сортировать мелкое от мельчайшего? И хрен бы с ним, с размерами, только предмет сортировке ещё и кусючий, как падла, а я на такое не подписывался. Поэтому ищите-ка себе добровольцев в другом месте. А мы, пожалуй, пойдём по своим делам.

Вы получили задание «Бешеный рой». Принять? Отказаться?

— Бегом! — я не стал ждать продолжения, пропустил девчат вперёд и подтолкнул в спину замешкавшуюся Милу.

И сам припустил следом. Со всех ног.

Принять? Оказаться? Игнорировать полностью! Оставить заданные вопросы без ответов, мне в тот момент показалось самым верным решением. Подумалось, что если не нажму зелёную кнопку, то и задания никакого не будет. Но, оказалось, это работает по-другому. Как в пресловутой «Джуманджи»

Игровая механика запустила алгоритм события и наплевала на чьё-либо то согласие. Рой выпущен, и все получат по самое «не балуйся». А выполнение задания лишь повлечёт признание незадачливого пасечника, и, может быть, какие-нибудь плюшки. Нюансы я прочувствовал вместе со жгучей вспышкой первого укуса. И поднажал, хотя, казалось, и так бежал на пределе.

На ходу оглянулся, — небо потемнело от сонмища разъярённых насекомых. Гул мириадов крыльев мог поспорить с турбинами взлетающего аэробуса. Вот же встряли, твою мать! Давайте, девочки, шевелите булками — я долго не продержусь!

И вот ведь какая штука — совершенно уверен, что живодёрского агрегата в секторе нет. Микродозатора с ядом тоже не видел. И планы насчёт испытуемых у моих живодёров абсолютно другие. Это я точно знаю. Знаю, и в то же время ничего поделать с собой не могу. Организм реагирует, так словно, только что, собственными руками настоящий улей перевернул. Укус — вспышка боли — волдырь. Ай! Этот в шею пришёлся. Ой! В щёку. Уй! В лоб, над правой бровью. Глаз начал заплывать, а я наподдал ещё в скорости.

Девочки летели впереди, и я возносил благодарность богам, что им хватило сообразительности обойтись без лишних дебатов. Возносил бы, если мог сформулировать полную фразу, не перемежая её матом и постоянным ойканьем.

Геймдизайнеры решили не экспериментировать с размерами мобов, компенсировав своё упущение их количеством. Поэтому пчёлы получили первозданный вид и ничем не отличались от оригинала. Это, конечно, в том случае, если их рассматривать. Внимательно и не спеша. Но для натуралистических наблюдений времени не оставалось. Да и не дадут они себя рассмотреть, уж слишком их много и настрой у насекомых самый решительный.