Но в том-то и дело, что остаться должен лишь один. Ну, в смысле, он или мы четверо.
Я подал команду к началу движения и первым сделал шаг. Немного необычно, идти вот так в открытую, понимая, что враг осознаёт неотвратимость схватки и в то же время не предпринимает ответных мер. Расстояние между нами сокращалось с каждой секундой, но Атаман продолжал сидеть, жрать и поглядывать.
Когда до пещерника остались считаные метры, мы остановились. В некоторой растерянности. С подобными сценариями до сих пор сталкиваться не приходилось. Тварь нас игнорировала в упор. Ну не на честный бой же его вызывать? Хотя, почему бы и нет? Я наклонился, поднял увесистый гранитный осколок и швырнул его в Вальтарага.
— Э, чучело, вылезай, биться будем!
По состоянию на 22:00, вторые сутки длительного погружения в виртуальную реальность протекают без происшествий. Показатели жизнедеятельности испытуемых в пределах нормы. Уже сейчас можно сделать промежуточные выводы. Как ни прискорбно, но глубокое погружение не пригодно для широкого распространения в игровой индустрии. В основном, по эстетическим соображениям. Как минимум до тех пор, пока не будет решена техническая сторона вопроса по отведению продуктов жизнедеятельности организма. Подойдёт для больных с внешней колостомой и постоянным катетером, но это слишком узкий и специфический сегмент .
Из личных заметок медика-наблюдателя из десятого сектора.
Бросок вышел неудачным — камень не долетел и упал у ног монстра. Тем не менее, если бы меня настолько бесцеремонным образом оторвали от трапезы, я как минимум обматерил оппонента. Но Вальтараг даже не приподнялся. Лишь сыто рыгнул, звонко щёлкнул пальцами и вновь впился в мясо зубами. Чудовище прожорливое!
— Вылезай, я сказал! — но повторять вызов не потребовалось.
Атаман вовсе не собирался спускать обиду назойливым незнакомцам. Он отреагировал. И даже в бой вступил. По-своему только. По-атамански.
Из-за камней полезли пещерники. Один, второй, третий… Всего семь штук. Не так уж и много, если не принимать во внимание уровни. Шестнадцатый — самый маленький. Двое уродов восемнадцатого и один аж двадцать второй.
От настолько вопиющей несправедливости я оторопел на минуту. Вернее, ровно на то количество времени, сколько понадобилось, чтобы шесть костяных дубин сошлись на моей голове и вышибли из меня дух.
Единственная приятная новость, что ожил я тут же в пещере. Недалеко от костра дозорных Ближних Рубежей. И так скоро, что успел увидеть, как подземные воины устроили девчатам кровавую мясорубку. Я бросился на помощь…