– Юрочка, Юра… Мне стало плохо. Прошу тебя, поскорее вызови слесаря, – истерично кричу я, подойдя к двери.
Надеюсь, когда слесарь явится, кабинет успеет проветриться от запахов секса, мои щеки приобретут свой обычный цвет, а глаза… Глаза утратят возбужденный, счастливый блеск…
– Таня, Танюша… Он тебя не обидел? – нарочито взволнованно спрашивает Юра.
Да уж… Он сделал то, о чем ты забыл… Или забил… Заменил меня Бусыгиной, предал…
– Юра, у меня давление подскочило. Пожалуйста… Мне плохо…
– Да есть у вас сердце или нет? – подыгрывает Феликс. – Я не врач, не смогу помочь вашей жене, а еще…
Да нет, ты бы смог… Я бы с удовольствием продолжила то, что мы начали, в другой обстановке. От собственных, смелых мыслей щеки вновь вспыхивают… Нет, надо прекращать все это… Выпроваживать Феликса, возвращаться к работе… Забыть, что между нами случилось… Только как? Знать бы…
– Сейчас, родная… Я уже бегу!
Даже через дверь слышу, как он убегает. Орет на медсестер, требует привести слесаря… Сетует, что тот наверняка снова напился и спит в подсобке…
Феликс делает вид, что ковыряется и… Волшебным образом "чинит" замок.
– Ложись на диван и изображай умирающую. А я… До свидания, Татьяна Эдуардовна, спешу откланяться.
– Как? А вы...
– А вот так...
Ну и гуляй вальсом... Умываюсь и укладываюсь на диван… Провожаю взглядом высокую фигуру Феликса, едва сдерживая желание расплакаться… Интересно, что он подумал обо мне? Легко догадаться – что… Непорядочная, гулящая жена… Или глупая баба, решившая отомстить мужу ответной изменой.
– Танечка, ты как? – врывается в кабинет Юра.
– Вы как, дорогая наша, Татьяна Эдуардовна?
Наверное, фигура Бусыгиной мне чудится? А нет, и эта приперлась… Строит из себя сочувствующую, а на деле… Лицемерка и предательница. Зачем я ее только привела? Она умоляла меня дать ей шанс… Чуть не убила пациента, с трудом избежала грозящего ей разбирательства на другом месте работы, быстренько уволилась и прискакала к нам! А Таня оказалась самой глупой и добренькой…
– Наверное, возраст дает о себе знать, – страдальческим голосом произношу я. Пусть думают, что я не представляю опасности…
Старая, никому не нужная Танька… Та, кого они легко подвинут, свергнут…
– Ну да… Вам же под пятьдесят уже? Такое случается с пожилыми женщинами, – жалостливо протягивает Оксана. – Давайте я померю давление? Юрий Иванович, вы принесли тонометр?
– Он на моем столе… Я вот только мерила, три минуты назад. Не утруждайтесь, Оксана Анатольевна. Юрочка, мне лучше. Я только полежу минут пять и… Пожалуй, уйду сегодня с работы пораньше.