Глупости, — косатка лишь отмахнулась устало. — Единственный, кто может это проделать без вреда для плода, так это его биологический отец. Ты вернёшь их из оборота обоих. — Перейдя вдруг на «ты» Маргарита сурово добавила: — И попробуй-ка мне, возрази.Это было бы непозволительно глупо. Лер молча кивнув, быстро вышел. В их тьме безнадежной забрезжил рассвет.А Марго тихо сидела за столом в кабинете, глядя за оставшиеся за ним на полу лужи крови и жутко терзалась.Для полной уверенности в благополучии предстоящей магической операции ей нужен был древний дракон.Настоящий, бессмертный, великий. Одного она знала. Того, что писал и звонил беспрестанно, за последний час даже уже несколько раз, и от которого она все это время скрывала самый свой главный секрет.Выбор между жизнью и… Чем?Отец, так резонно ей все изложивший и настоявший на полном разрыве с Ладоном, был прав.Тогда.Вероятно.Сейчас все это уже не имело значения. Погибнет бессмертная птица, с ней за Грань шагнет Лер, их дитя никогда не родится.Рисковать ими всеми Маргарита была не готова. Даже ради блага какого-то там будущего клана косаток. Нет.Агатов уже быстро явился, в ужасе замерев у кушетки с содрогавшимся в агонии, окровавленным телом Венди. Таймер смерти включил свой отсчет.Закусив до крови губу, Марго набрала номер. Она его помнила, каждую цифру мысленно перебирая не раз.– Аве, сиятельный. Это звонит…– Маргарита? — голос его как-то разом осип.– Ты мне нужен. — с трудом прошептала, закашлявшись.– Вот как? — отчетливо очень сарказм прозвучал.– Да. В моем кабинете сейчас умирает Венанди. За дверью истекает кровью тяжело раненый Гуло. Без тебя я не справлюсь. Мне нужен дракон.Не успела договорить, как стена распахнулась, и навстречу ей шагнул сам Ладонис Лефлог. Отчего-то в парадной форме сиятельной Инквизиции, бледный, взъерошенный, очень уставший дракон.Он бросил один только взгляд на Марго и холодная, темная ярость мелькнула на породистом мужском лице.Косатка подняла обе ладони в запрещающем жесте, отступая на шаг и прошептала:– Все потом! — кивнув в сторону Ди. Дракон кинул взгляд на кушетку и остолбенел.
46. Распоряжайся мной
То, что от Венди осталось, походило на кучу окровавленного пернатого мусора. Не человек и не птица. Грязь, уже местами подсохшая кровь и восковые, совершенно прозрачные участки мертвой кожи. Жуткое зрелище: полная жизненных сил и непобедимая Венди у них на глазах становилась неодушевленным предметом. Никогда еще смерть не казалась Ладону такой безобразной, чудовищно-несправедливой.
Дракон глаза перевел на косатку и холодное сердце дракона вдруг сжалось. Сильная и одинокая. В ее взгляде плескалось бескрайнее море совершенно отчаянного одиночества. И решимости. Лучшая женщина в его жизни. И последняя. Он сейчас это понял со всей очевидностью.