— О чём думаешь? — тихо спросил Доминик, чуть повернув голову ко мне.
Его голос звучал непривычно мягко, без привычной усмешки или властных ноток. Я подняла глаза, встретившись с его взглядом, в нём не было ни хищного блеска, ни вызова, только спокойная уверенность и… нежность? Неужели он и правда меня любит?
— Думаю о том, как странно всё устроено, — призналась я. — Ещё каких-то дней десять назад я боялась тебя до дрожи. Мечтала убежать, не допускала ни единой мысли, что ты можешь быть рядом. А теперь… Я замолчала, подбирая слова, было сложно объяснить даже самой себе свои же чувства.
— Теперь ты лежишь в моих объятиях и не пытаешься сбежать, — закончил он за меня, и в уголках его губ появилась лёгкая улыбка. — И даже сама меня поцеловала. Так действует метка, она сближает нас, делает меня спокойнее, а тебя привязывает ко мне.
— Да, сама или не сама, а это твоя метка вынуждает меня. Хотя поцеловала я тебя еще до того, как ты ее оставил... — Я вздохнула. — Просто… после боя, после всего этого ужаса, когда я увидела, как ты изранен, но всё равно думаешь обо мне… Я вдруг поняла, что ты действительно готов умереть за меня. И это что‑то во мне перевернуло. Это был какой-то необъяснимый порыв...
Доминик помолчал, потом провёл пальцами по моим волосам, запустил их в полосы, помассировав мне голову, по моему телу тут же прокатилась приятная дрожь. Стало вдруг неловко. Всё так быстро и непонятно, что я не успеваю за резкими переменами в себе.
— Ты думаешь, это было легко — встретить тебя во время «Дикого зова»? — спросил он. — Когда я почувствовал твой запах, я буквально чуть не сошел с ума. Всё, о чём я мог думать, — это найти тебя первее их всех. Успеть до того, как с тобой что-нибудь сделают. Впервые в жизни я испытал неподдельный страх за чью-то жизнь. Осознание того, что там в лесу моя пара, моя женщина в беде, и я мало как могу повлиять на твое спасение, кроме того как перебить их всех. Дерьмовое ощущение. А когда я нашёл тебя… Ты была напугана, зла, не доверяла мне. Но я знал, что если смогу защитить тебя, если покажу, что ты в безопасности, ты увидишь во мне не монстра. Я надеялся на это.
— А какой ты настоящий? — тихо спросила я.
Он усмехнулся, и усмешка его вышла какой-то печальной.
— Тот, кто готов на всё ради своей пары. Тот, кто будет драться до последнего вздоха, чтобы ты была в безопасности. Тот, кто хочет, чтобы ты улыбалась, а не вздрагивала от страха, когда я к тебе прикасаюсь.
Я помолчала, обдумывая его слова, прислушиваясь к своим ощущениям. Боялась ли я его сейчас? Уже нет. Он был прав, эта его такая нежеланная мне метка делала свое дело. Мне казалось, что я стану воспринимать все эти волчьи штучки как принуждение, возможно, так и есть, но больше меня это не заботит.