Мы въехали в Кёльн только на следующий день. Заночевать по дороге всё-таки пришлось. Ночь нас настигла как раз в той самой деревне, возле которой состоялся прорыв, устроенный Корой.
Остановились на постоялом дворе в Берёзовке. Именно здесь вампиры туши животных на кровь меняют. Дорогу показывал Келлер. Сам-то я ни разу здесь не был. Как-то не довелось.
После пожара я довольно настороженно отношусь к постоялым дворам, и меня очень сложно в этом обвинить. Поэтому ночь я почти не спал, а провёл в полудрёме, которая прерывалась на малейший шорох.
Уже на рассвете, я плюнул на попытки полноценно уснуть и принялся перебирать артефакты, которые загрузила мне в сумку вампирша. Тут впору было погладить себя по голове и поздравить с тем, что оказался таким прозорливым парнем и заставил девушку прикрепить к каждому артефакту инструкцию по применению.
Всего артефактов было не так уж и много. Большинство имело чисто бытовое применение. Например, вот этот нагреватель воды. Я покрутил в руках камень и положил его обратно в мешок. Большинство населённых пунктов Гиблых земель были оснащены вполне современными мне удобствами. Во всяком случае, горячая вода была везде, где бы я ни останавливался. Но, в походе такая штука вполне может пригодиться.
А вот артефакт, подавляющий влияние некроманта — это было важно. Правда, он был актуален для нежити, но у меня вампиры в… ну, пускай будет, дружине, присутствуют. К тому же что-то мне подсказывает, что скоро предстоит в замок к белой панамке наведаться. А туда я без Тео точно не пойду. Надо, кстати, ему отдать этот кулон, сделанный в виде волчьего клыка. Забавное решение, кстати. Где-то читал, что оборотни с вампирами, мягко говоря, не дружат, а тут такое.
А, вообще, похоже, что Кора переработала ту цацку, которую я с лича снял. Молодец, значит, и с созданием пороха справится.
А вот этот кастет, со встроенным шокером, активирующийся собственным даром, который пускаешь в него при использовании, кажется, мне вполне интересной штуковиной. Я бросил его на кровать, а остальное убрал в мешок. Более детально дома разберусь, когда мы с Хозяйкой каталогизируем все эти штуковины.
Меня слегка напрягало то, что за всё это время со мной никто не связался. Сам я не выходил на связь. Во-первых, меня это всё-таки слегка дезориентировало, а, во-вторых, если бы новости были, меня бы уже потревожили, несмотря ни на что.
В дверь постучали. Я глянул на часы и схватил кастет, надев его на руку. Только после этого пошёл открывать. На пороге стоял Келлер.
— Франц, ты в своём уме? Пять утра, — я посторонился, давая ему пройти. Раз не вопит с порога, что мы все умрём, значит, дело не слишком срочное.