Ночевать решили в посёлке. Вот только то, что единственная таверна сгорела, почему-то не сразу вспомнилось. А когда вспомнилось, менять что-либо, было уже поздно.

Встречал нас назначенный старостой Михаил Кузин. Я не стал спрашивать, откуда он узнал, о нашем приезде. Тут и думать не надо, Хозяйка ему об этом сказала.

Кузин ждал нас на въезде в посёлок. Он стоял, сложив руки на груди, и не собирался уходить с дороги. Так что мне пришлось спешиваться. И слава богу, что я всё-таки к этому времени мог стоять довольно крепко на ногах и хоть немного соображал.

— Я рад, Миша, что вы добрались до дома раньше нас, но хотелось бы задать вопрос. — Я подошёл к нему поближе. — Что стоим? Кого ждём?

— Вас жду я, ваша милость. Таверна-то всё, — он развёл руками. — Не по дворам же вашему отряду бегать. Это же не только прорву голодных мужиков надо устроить, но и лошадей обиходить. На улицу вас, ваша милость, конечно же, никто не выгонит, это исключено, но и встретить достойно, вряд ли сумеет.

— И что ты предлагаешь? — я прекрасно осознавал, что он прав. С другой стороны, много нам не надо, и за постой мы бы заплатили честь по чести. Вот только, много ли здесь найдётся домов, чтобы разместить всю нашу ораву?

— Мы, значит, тут порешали с ребятами, — ответил Кузин. — Дом бывшего старосты нашего, сделать домом сюзерена. Чтобы, значит, вам, вашей милости, или даже главе клана, можно было на ночь устроиться. Дом хороший, конюшня опять же просторная и ухоженная, да и гараж имеется, ежели на машинах когда-то приедете.

— А что случилось с семьёй? — я невольно нахмурился. — Сам староста, это понятно, несчастный случай, в жизни и не такое бывает. Но, у него же жена была, сын-недоумок… С ними же никаких несчастных случаев не происходило?

— Да что мы, звери, что ли… — Начал было Кузин, но под моим пристальным взглядом заткнулся и буркнул. — Сбежали они. Вместе с некоторыми дворовыми. Всё ценное выгребли и ночью сбежали. — Он досадливо поморщился.

— Вот теперь верю, что сбежали. А не в то, что вы внезапно стали поборниками нравственности и всепрощения. — Я отвёл от него взгляд и краем глаза заметил, что Кузин как можно незаметнее выдохнул. — Там хотя бы кровати остались?

— Обижаете, ваша милость. Всё в лучшем виде. Мы и девок наняли за счёт общины, чтобы, значит, дом в порядке содержали, да еды по случаю наготовили. — Кузин опустил руки. — Пойдёмте, ваша милость, поздно уже. Да и еда остынет.

Он пошёл вперёд, показывая дорогу. Которую мы с Вальтером и так прекрасно знали.

Внутри дома бывшего старосты я до этого момента не был. В прошлый визит мне было как-то не до осмотра дома. Поэтому сейчас я бродил по просторным комнатам с не меньшим любопытством, чем все остальные члены моей команды.