Все это происходило очень быстро, и мы с Олегом за это время едва успели добраться до архива. Банально потому, что ускоряться сверх допустимого внутри станции означало развалить ее, а значит, потерять в космосе разлетевшееся мириадами бумажных листочков собрание архива.
Крушитель лег в ладонь, я ударил в пол у конца прохода, и перекрытие провалилось вниз вместе с куском стены. Следующий ярус ушел так же с одного удара, а на последнем понадобилось два, потому что под ним шла балка толщиной с меня самого и ее пришлось перерубать отдельно. Олег спускался следом, придерживая сумку.
Охрана у двери не побежала, и это было единственное, что я мог сказать в ее пользу. Оба Туманности ударили разом, как только я спрыгнул в коридор: один бил цепью молний, другой — чем-то вроде каменной картечи.
Молнию отрядная форма приняла так, что я ее даже не заметил, а картечь принял грудью. Потом в два шага дошел до них и уложил обоих — по одному удару кулаком на каждого. Убивать их было не за что: они стерегли дверь, а не торговали людьми.
Контур на хранилище стоял хороший, в несколько слоев. Внешний поднимал тревогу, а те, что под ним, должны были сжечь вошедшего и обрушить на него потолок зала, если он как-то сумеет пройти дальше. Но опять же, идти втихую было уже поздно, так что я просто прошел через все, что на меня обрушилось, почти не пострадав.
Зал оказался больше, чем виделся сквозь ярусы. Стеллажи в десяток человеческих ростов стояли в нем рядами, и на каждой полке лежали прошитые и опечатанные папки.
Проходы между рядами сходились к середине, к невысокой каменной стойке. На ней стоял ящик, окованный полосами металла. Когда я сорвал крышку, в ящике обнаружилась книга.
Листы у нее были металлические, и на каждом был начертан один из тех узоров, что я видел сквозь ярусы.
— Погоди, не трогай. — Олег обошел меня и присел у стойки. Ни камня, ни ящика он не касался, только водил ладонью в пальце от них, и еще ноздри у него раздувались. Потом заглянул под крышку и за заднюю стенку. — Чисто. Ни на стойке, ни на ящике ничего нет. Странно это, такую вещь оставить без ловушки, но я проверил дважды, тут пусто.
— Уже поздно думать, — отмахнулся я и вынул книгу. Весила она килограммов тридцать.
От плана по добыче годовых отчетов оставалось отказаться. Искать их в этом бумажном царстве было совершенно некогда: первые чужие сгустки Эфира дошли до кольца.
— Книгу понесешь ты, — я вложил ее Олегу в руки, и он крякнул от тяжести. — Я прикрою. Теперь, что бы ни творилось вокруг, ты идешь к кораблю и не оглядываешься, даже если меня рядом уже нет.