— А я считаю, надо вон туда! — Упрямо повторила Селедка. Видимо, личное отношение к моей с Фокиной дружбе затмевало ей глаза. И уши заодно. И разум тоже.
— Стоять! — Константин Викторович подскочил к Тупикиной, схватил ее за шиворот, а потом натурально подпихнул вслед за нами. — Не расходимся! Не разделяемся! Не хватало еще тебя потом искать. Только вместе! Идем и проверяем.
— А если они ошибаются⁈ Если не то направление⁈ — Селедка упорно отстаивала свое мнение.
— Значит так и будем ходить по всем направлениям! Хоть двадцать раз. — Отрезал Костик. — А сейчас мы доверимся Ванечкину и Фокиной. Вернее, в данном случае Фокиной. Ванечкину я не очень доверяю.
Мы с Машей снова переглянулись и рванули вперед. Ну…как рванули…Более активно полезли через лесные дебри.
Буквально через пять минут наша спасательная команда выбралась на небольшую поляну. Меньше той, где обосновался штаб.
— Здесь должно быть. — Фокина замерла на месте, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону.
— А я говорила…– Начала было Селёдка, но ее прервали.
— Помогите…– Раздался хрип откуда-то сверху.
Мы все одновременно уставились в направлении этого хрипа. То есть тупо задрали башку.
На дереве, среди листвы, торчала несчастная физиономия Мишина.
Глава 14(2)
— Ты зачем, придурок, туда залез⁈ Зачем⁈ Ты совсем идиот⁈ Спускайся немедленно, иначе я тебя пришибу! — Вожатый плевался слюной и буквально пускал изо рта пену.
— Ну… Это достаточно проблематично. Сначала Вам надо до него добраться или транспортировать Васю вниз. — Резонно заметила Фокина, за что мгновенно получила рязьяренный взгляд от Прилизанного.
— Слазь, сволочь! — Константин Викторович очень старался не орать, но у него это, прямо скажем, выходило не очень. Бедолагу буквально трясло от бешенства.
С одной стороны, он по-прежнему опасался, что враг нас услышит, заметит и явится, дабы отобрать знамя. Костик буквально умом тронулся на почве этого знамени. Хотя Елена Сергеевна спокойно уже в пятый раз пыталась донести вожатому, раньше утра игра не начнётся. Правила такие. Он категорически отказывался ее слушать.
С другой стороны, Прилизанного вот-вот мог хватить удар. Реально. Он от злости, которая распирала его во все стороны, ухитрялся кричать шепотом. Впервые такое вижу, честное слово. Но звучало это, конечно, пугающе. Если в лесу есть какая-то живность, то она, подозреваю, в ужасе попряталась по норам, решив, что двуногие совсем озверели.
— Там был кабан…– Жалобно простонал Мишин.– Огромный и страшный. Он так фыркал! И топотал…
Василий выглядел тоже достаточно впечатляюще. Он свешивался с толстой ветки, напоминая огромную, сильно мутировавшую макаку, которая держалась за эту ветку всеми четырьмя конечностями.