Я попытался сообразить, в каком месте возле подсобки электрика растут цветы, но точно знал, ни в каком. Видимо, дядю Родю так торкнуло материно внимание, что его окончательно понесло.
— И вот представляете… позвольте поинтересоваться, кстати, именем отчеством?
— Наталья я. Зачем же по отчеству. — Мать Ванечкина, наивная женщина, даже не замечала, что стала объектом интереса лагерного электрика.
Лишь бы Бегемот не узнала. А то, боюсь, Нина Васильевна в данном случае вряд ли с пониманием отнесется к любвеобильности своего кавалера. Хотя уж точно, матери Ванечкина этот тип не нужен и даром.
— Ага… Наталья… И вот представьте, Наталья, стою я. И тут мой взгляд перемещается на флагшток, его видно издалека. И на душе так радостно от того, что наступил новый день. Сейчас выбегут пионеры, возьмут горн, сыграют общий сбор на завтрак и… И тут я заметил что на флагштоке нет флага. Представляете? Вот прямо перед завтраком и заметил. Вчера вечером его точно спустили, и он определённо был на месте, а сейчас его нет…Не иначе как провокация, — Пояснил Родион Васильевич, а потом как-то ненавязчиво протянул руку и хапнул со стола пару пирожков, привезённых матерью. Пирожки моментально исчезли во рту дяди Роди. — Диверсия, можно сказать…
Последнюю фразу он выговорил с трудом. Мешали пирожки. Электрик заглотил их практически целиком.
А я уже, честно говоря, еле сдерживал смех. Даже на копошения Ванечкина в своей башке перестал обращать внимания. Просто Родион Васильевич сейчас напоминал самого настоящего павлина, который перед интересующей его самкой распустил свой яркий хвост. Какие, на хрен пионеры с горном? Какой флаг? Что он, вообще, плетет? С горном у нас ходит только один придурок. И то, надеюсь, эта адская побудка скоро закончится.
— Так вот… — Дядя Родя проглотил последний кусок и продолжил свою трогательную историю. — Я чего мимо шел-то. Думаю, знамя надо спасать. Кто, если не я⁈ На мне ведь, Наталья, все держится. Чуть что, сразу бегут, зовут, плачут… Родион Васильевич, миленький, помоги… А знамя если кто найдёт, это — орден дадут… У меня этих орденов много. Весь шкаф забит. Чуть дверь открою, валятся прямо на голову…
— Петя… — Сестра Ванечкина придвинулась ко мне и дернула несколько раз за руку. — А что, правда орден дадут, если знамя найти?
— Слушай, отстань. — Я отмахнулся от девчонки. — Дай послушаю. Ты погляди, как стелит…Все равно малявкам не светит ни черта…
Дядя Родя, вдохновлённый всеобщим вниманием, набрал воздуха в грудь и собрался было перейти к дальнейшему рассказу о своих подвигах. Но так и замер, со сложенными «дудочкой» губами и выпяченной грудью.