Потому что в запасниках Шелагиных вещей Древних хватит очень и очень надолго. А еще этими запасниками можно объяснять появление у меня различных предметов из того времени.
Победа в соревнованиях почему-то не принесла удовлетворения. Как будто я победил не сам, а мне всего лишь позволили это сделать. Мне казалось, что я подготовился к любой неожиданности, и когда на меня перестали давить, не обрадовался, а начал усиленно высматривать очередную подлянку. Нет, умом я понимал, что действительно лучший, но подсознательно все равно ожидал какой-то пакости от императора. Ему все равно опасаются прямо высказывать претензии, а значит, пока его не отключат от реликвии, он представляет из себя серьезную угрозу. А еще мне показалось, что избыток чужой силы влияет на него так же, как и на Владика, пусть устойчивость к влиянию была повыше, так как собственной силы у императора хватало. И всё же на мозги ему точно давит. Такой правитель — залог будущих проблем в стране.
Знала ли об этом Живетьева? Наверняка. Но ей это было удобно, потому что император становился хорошо управляемым, если знать, куда давить. Если даже кража императорской реликвии не удержала Живетьеву под стражей надолго, то я даже не мог придумать, чем можно было разрушить императорскую зависимость от главы целительского рода.
Шелагин говорил, что наследник вменяемее, но не будет ли ему так же давить на мозги реликвия и не превратится ли он со временем в подобие отца? Потому что аргументы из серии «Не хочу», которые так любит император, — это не аргументы для правителя.
«Вот поэтому и были требования по силе для владельцев реликвий, что слабого она задавит и сделает зависимым, — сообщил Песец. — А не потому, что кто сильнее — тот и имеет право».
«Короче говоря, эта ваша сеть имеет кучу подводных камней, о которых мало кто догадывается».
«С чего ты взял? — удивился он. — Реликвии используются очень редко, если ты не обратил внимание. Не на постоянной основе. Значит, подозревают об опасностях. А те, кто не подозревал… Сам понимаешь, что с ними случилось».
Я вспомнил историю про свихнувшегося князя, которого удалось убить с огромным трудом и то только благодаря слаженным действиям соседей. Про его наследников не было сказано ничего, а реликвия, если не разрушена, то хранится сейчас в сокровищнице. Беседа с симбионтом, конечно, оказалась познавательной, но ни на шаг не приблизила меня к вопросу, что делать с императором. Предположим, реликвию удастся рано или поздно отключить, но вернет ли это императору мозги? И не затронет ли это обороноспособность страны?