Мироздание, прошу тебя, пусть крысой гнилой окажется кто-то из «островитян»!
Потому что если нет, если этот кто-то из своих… Не знаю, как я с этим справлюсь.
В отеле нас ждали дети. И несчастные Шу да Чу-один, ставшие им на этот долгий день заменой нянек.
Малыш Хан вел себя безупречно. Ел, пил, спал, учил новые слова. Учил быстро и результативно, чем умилял обеих «нянечек». Такой период у ребенка, когда он, точно губка, впитывает всё новое.
Опять же, наследственность хорошая. Шутила уже тетушка Яо, наша соседка по столичному ЖК, что Мэйхуа очередного гения растит.
Не удивлюсь, кстати.
Беспокоил наших «нянь» честный брат Ли Чжун. Мой открытый, светлый и отзывчивый брательник-подельник с отъездом меня и мамочки стал угрюм. На осторожные расспросы не отвечал.
Вел себя так, будто его подменили.
Ворона, конечно же, как об этом узнала, подорвалась выяснять причины. С братом что-то не то — сестра должна разрулить.
Оказалось, что…
— Это из-за меня всё! — выпалил честный брат. — Дядечка пострадал из-за меня.
Воронье сердце пропустило удар.
— Дядя Кевин и дядя Синь хотели меня развеселить, — полились быстрым потоком слова, точно брат весь день был наполненной бочкой, а ворона пришла и вытащила пробку. — Они приволокли робота с красным глазом. Показывали, как он здорово двигается. А потом господин режиссер на них накричал, чтобы работали, а не дурачились, потому что трех мальчишек на один квадратный метр павильон не выдержит. Мы пошли тренироваться. Снимали всего один эпизод с перестрелкой, но долго-долго. А потом режиссер Ян сказал, что на сегодня закончили и мы свободны. Все так устали, что уборку решили оставить на утро.
Дальнейшее само отрисовалось перед глазами.
— И манекен киборга остался стоять где-то в центре, — со смешанными чувствами проговорила я. — Так, что его было видно от входа.
Раз они играли с конечностями на шарнирах, то и позу могли придать «живую». Настолько, что через клубы дыма показаться сторожу Чану живым человеком, молящим о помощи…
— С дядечкой всё будет хорошо? — с затаенной надеждой спросил брат Чжун.
Непременно… В другом воплощении. Если на то будет воля Мироздания.
Мы ещё не объявили о кончине господина Чана. Прежде Мэйхуа хотела сгладить негативные последствия. От всего разом. Утром опубликуют релиз со скорбным известием. Текст ещё не готов — этому тоже нужно уделить внимание.
Как мне сказать брату о случившемся?
Черный ворон — вестник смерти. В мифологии.
А что там говорилось о белых воронах? Не напомните?
Перья явно пора перекрашивать…
— Брат… — в горлышке снова запершило. — Ты не виноват. Вообще. Абсолютно. Это твари, поджегшие здание, виноваты. Кто-то, кто подбил их на злодеяние. Потому что твари — они без собственной воли. По указке, за вшивые доллары готовы на всякие мерзости.