– Моя хозяйка! – ответил волк.
– Так ты, шелудивый, что, домашний питомец? – с презрением бросил старик.
– Не твоё дело!
Вдруг воздух вокруг чужого оборотня заколебался, тот прянул в сторону и исчез.
Авдей откинул палку и бессильно опустился рядом со мной на траву, потом откинулся на спину, глядя в небо.
– Крепко ты, девонька, кому-то дорогу перешла, – молвил дед, тяжело дыша, – сильно досталось?
Я отрицательно покачала головой, не отнимая тряпицу от раны. Интуиция подсказывала, что виной всему волшебное перо, но я промолчала. Даже подумать страшно, что его у меня отнимут.
Поперёк ключицы, у самой шеи, шли две большие борозды, и между ними несколько мелких царапин. Дома Авдей промыл раны, смазал какой-то своей вонючей мазью, наложил бинт, приклеив его пластырем.
– Авдеюшко, миленький, только батюшке не сказывай, – ныла я, – а то ещё в город заберёт.
– Не боись, Марьюшка, не скажу. Три дня, и будешь как новенькая, – успокоил дед.
– Ты обещал меня чему-то новому научить!
– Чтобы учиться, нужно спокойствие. Отдохни часика три, потом возвращайся. Научу.
Авдей протянул мне пиалу с каким-то вонючим жёлтым отваром. Я отпила глоток, и жуткая горечь стянула горло.
– Пей! – настоял Авдей.
Зажав пальцами нос, я тремя большими глотками опустошила пиалу. Меня чуть не стошнило, голова закружилась, и всё.
Внезапно долбанул залп, и чужой мужской голос быстро пробормотал что-то невнятное. Я резко села. Подо мной белая простыня, под ней шуршит сено – коморка Авдея. Он сидит за игрой, порой плюётся, бросает “мышь”, машет руками и использует ненормативную лексику.
– Сломаешь “мышку", – предупредила я, откидываясь на подушку.
– Уже! – дед продемонстрировал треснутый чёрный корпус.
Вставать не хочется. Телу легко, приятно, и ничего не болит. Я потрогала ключицу – повязка на месте.
– Авдей, а я теперь оборотень? – глядя в потолок, спросила я.
– Что значит "теперь”? – резко повернувшись, с недоумением спросил он.
– Ну, меня же укусил оборотень… – пояснила я.
– Аа, – облегчённо протянул Авдей, возвращаясь к игре, – враки всё это, не мечтай даже. Оборотни оборотнями рождаются. И у зверей, и у людей бывает, только у людей женщины обычно погибают, родив оборотня. Вот моя мама – рысь, а твоя умерла.
Старик объяснял, не забывая наводить прицел и прятать свой танк за редкими кустами на игровой локации. Причём тут моя мама, я спрашивать не стала, ну его, чудика.
– Авдей, а ты покажешь мне, как рысью оборачиваешься?
– А седалище без порток тебе не показать?
– Грубиян, – фыркнула я, – слушай, а как я сюда попала?