Странный был разговор: Лаврентий Павлович через неделю после возвращения парня из Кореи напомнил ему про обещание «все рассказать товарищу Первухину», и Алексей решил, что руководителя госбезопасности лишний раз волновать все же не стоит — а то он переволнуется и в сердцах сделает парню бо-бо. Поэтому он договорился (то есть Лаврентий Павлович договорился с Михаилом Георгиевичем) о времени встречи и там, в кабинете министра, кое-что руководителю Средмаша рассказал. Далеко не все рассказал, но министру и рассказанного вполне хватило.
Вообще-то Алексей мог рассказать очень много. Мог, но не стал просто потому, что пока в мировой физической науке о многом даже и не подозревали. Например, не было такого понятия, как «черная дыра», да и про излучение Хокинга никто еще не слышал. Как и про самого этого урода…
В свое время Алексей Павлович физику изучил более чем неплохо: он же и в МИФИ тогда поступил с целью именно в физике разобраться. И «базу» институт дал ему неплохую, а все остальное он изучил по запискам Елены Пеньи-и-Ернандес. А так как в этих записках многое было непонятно даже человеку, проучившемуся в институте чуть больше полувека (если «чистое» время считать), то кое-какие детали он старался и из других источников прояснить. Точнее, он пытался разобраться (исключительно из любопытства) в том, что Елена описывала не иначе как «лютый бред или откровенное мошенничество в науке». И если насчет «бреда» у него оставались какие-то сомнения (все же людям свойственно ошибаться и ошибки бредом далеко не всегда можно было назвать), то уж насчет мошенничества у него сомнений не оставалось в принципе. Взять того же Хокинга…
Когда-то Алексея Павловича очень удивлял тот факт, что весьма хреновый математик в результате болезни прекратился в гениального физика — но жизнь помогла ему разобраться с этим феноменом. Когда-то по своим программистским делам он скатался в Стенфорд — и там с этим гением случайно «познакомился». Совершенно случайно, встретив его в кампусе, где тот, похоже, просто потерялся — и он решил инвалиду оказать небольшую помощь. Поинтересовался, куда он так спешит — и очень удивился, что «гений» своим скрипучим голосом минуты три называл то, что искал. То есть за три минуты смог набрать на своем супер-пуперкомпе одно короткое слово: «наушник». Это несколько не вязалось с тем, как «гения» показывали по телевизору, и натолкнуло Алексея на забавные мысли. Особенно забавными они были с учетом того, что все происходило в Кремниевой долине, где в магазинах Фрайз можно было приобрести любую электронику…