— От одного человека, который лично слышал сообщение по радио, что на севере Краснодара создают гуманитарные пункты для пострадавших. Он сказал, что Черное море слилось в разлом, а вокруг на сотню километров все вымерло из-за предельного уровня сероводорода, поднявшегося со дна. А еще, что газ, выделившийся из воды, постоянно поджигался молниями и происходили страшные взрывы. Мы, видеть их не видели, но слышали взрывы отчетливо.

Илья не особо поверил в рассказанную историю, но поймал себя на мысли, что ему хочется в нее верить. Если действительно катастрофа каким-то чудом остановилась через сотню километров и там сейчас нормальная жизнь, он был бы счастлив, как никогда. Мысленно, он попрощался с родителями, но надежда, что они живы и здоровы, придала ему сил скорее продолжить путь.

— Ладно, я пошел назад, вы будьте осторожнее. — Сообщил он.

— Счастливого пути. — Напутствовали его следом.

Илья вернулся на дорогу.

— Ты так долго. — Даша выглядела взволнованной.

— Пришлось их убеждать, что спать днем без охраны чревато последствиями. — Илья забрал карабин и повесил на плечо. — Но они мне тоже кое-что рассказали…

Он поведал, что услышал от спрятавшейся компании. Новость, а возможно и выдумка, при помощи которой люди пытались психологически сублимировать, пришлась всем по душе.

— Выходит, надо добраться до Краснодара, а там поезда, автобусы и домой. — У Гули выступили слезы. — Я готова вообще не отдыхать.

— Ружьишки надо будет вовремя скинуть, что нам не припаяли лишние трупы. — Посоветовал Николай.

Как ни крути, а убийства, хоть и с целью самообороны, совершены были, и это немного охладило радость.

— Думаешь, деревенские смогут на нас указать? — Спросила Зоя.

— У меня ножевое ранение, по-любому составят протокол с обстоятельствами. Начнем врать, запутаемся и сделаем еще хуже. Предлагаю сказать, как есть, жили в развалинах магазина, на нас напали, отбивались и меня там ранили. У Илюхи лицо побитое, глядишь, дробина под кожей осталась. Не думаю, что нас жестко фильтровать будут после всего, но лучше подстраховаться.

— Продукты тоже придется бросать, чтобы в мародеры не записали. — Предположил Максим.

— Они думают, что мы святым духом питались и носили друг друга на руках? — Язвительно спросила Юля.

— Кого-то носят. — Со смехом заметил Николай, похлопав рукой по носилкам.

— А нам что-то будет, если узнают, что мы убили двух человек? — Похоже, Даша тоже не задумывалась о том, что они формально совершили преступление.

— Если там сохранилась власть в прежнем виде, то посадят. У нас же принято давать сдачи только после того, как преступник в тебя выстрелил, пырнул ножом или треснул дубинкой по голове. До этого ты превышаешь пределы самообороны. — Иронично заметил Николай. — Нам лучше помалкивать. Я уверен, когда дело дойдет до того поселка, местные жители, попавшие под преступное влияние отморозков, многое расскажут о них и до нас там просто не дойдет дело, все смерти спишут на них.