— Может, из банки поедим. — Предложил Матвей. — Посуду мыть все равно нечем. Воду надо экономить.

— Обли́жите. — Ответила хозяйка. — Я еще не успела деградировать до ужина из одной банки и до питья из одного горлышка.

— Как знаете. — Матвей не стал настаивать.

Аромат домашнего консервирования перебил назойливую сероводородную вонь. В желудках в предвкушении еды, заурчало. Мария Алексеевна разложила еду по тарелкам.

— Приятного аппетита. — Пожелала она.

— Как тяжело смотреть на тех, кто ест, пока ты работаешь. — Признался Александр, вращающий генератор.

— Я быстро. — Пообещал Матвей, закидывая еду в рот большими порциями.

По полу пробежала дрожь. Банки часто застучали, с потолка посыпался песок и штукатурка. Пустая банка из-под соленья, которую Мария Алексеевна поставила на пол, упала и закатилась под полку. Вестибулярный аппарат тоже отметил, что положение пола больше не горизонтальное. Матвей не стал комментировать свои страхи вслух, чтобы не спровоцировать панику. А она уже подступала, вынуждая к неосмотрительным поступкам.

Он быстро доел, нашел пустую банку, упершуюся в стену, и положил ее на пол посередине погреба. Она немного «подумала» и покатилась зигзагами к дальней стене, противоположной входу. Матвей подошел к Александру.

— Что думаешь? — Спросил он.

— Грунт просел в одну сторону, но на обширной площади, иначе стены бы уже потрескались или посыпались. — Ответил инженер.

— Иди, ешь, я покручу. — Матвей перехватил рукоятку.

— А можно я компот возьму? — Спросил Тимофей у хозяйки дома.

— Конечно, бери. Мне кажется, мужчины нам что-то не договаривают. Лучше поесть хорошо сейчас, иначе потом может не получиться. — Мария Алексеевна посмотрела в глаза Александру, собирающемуся обедать. — Что скажете, Саша?

— Скажу, что появился незначительный уклон. О причинах могу только гадать. — Он с удовольствием отправил ложку с солением в рот. — М-м, это очень вкусно, очень.

— Вы мне зубы не заговаривайте. Я же вижу, что вы напряглись. — Не отставала хозяйка дома. — Стена может рухнуть?

— Откуда мне знать? Я же не строил этот прогреб. И что происходит снаружи, я не знаю. Предлагаю сохранять спокойствие и хороший аппетит.

— Да, а мы еще детей учили, веря, что многое знаем об этом мире. Оказалось… Тимоша, там старые компоты стоят, возьми с пола это самые свежие. — Отвлеклась она на Тимофея.

— А это из чего? — Спросил ребенок, рассматривая банку на свет.

— Грушево-яблочный.

— Ух, ты, буду. — Обрадовался Тимофей.

— Дети. — Усмехнулась Мария Алексеевна. — Ни к чему серьезно не относятся.

— Они нам доверяют свою жизнь, зная, что мы ее ценим. — Александр успел отметить эту особенность в отношениях Матвея и Тимофея. — Не пуганные еще.