— А вы сами хотели охранять, или оружие теперь общее? — Поинтересовался Игнат.
— Если примете нас к себе, то общее. — Петр скинул с плеча автомат.
Мужики переглянулись.
— Конечно, примем. — Озвучил Игнат, как глава общины коллективное решение. — Вот атаманша от зависти лопнет, что у нас теперь столько оружия и народа.
— Это глава Можайкино. — Пояснила Камила. — Соседней деревни. У нас тут кооперация, никакой конкуренции на самом деле нет.
Тузик, смущенный до этого чужими людьми и чужими запахами, немного освоился и решил показать, что Тимофей только его и стал к нему ластиться и отталкивать Марину мордахой в сторону.
— Ой, а это же Тузик. — Мать Тимофея потрепала его по голове. — Нам про тебя рассказывали.
Пес посмотрел на нее удивленно одним глазом и коротко лизнул в руку, дав понять, что одобряет ее общество.
Будничный трудовой день к вечеру перерос в настоящий праздник. Гости принесли с собой тушенку, крупы. Из них изготовили общее блюдо на костре и уже на закате поужинали. Гейзеры как обычно, устроили огненный салют, впитавший в себя лучи заходящего солнца. Разговоров было не переговорить далеко за полночь. Народ разбился на группы, слушать истории друг друга. Разросшаяся семья Матвея Леонидовича уединилась, чтобы поболтать на более личные темы обо всем, что произошло после того страшного дня. В воздухе носилось ощущение, что мир, наконец, нашел точку равновесия и теперь все пойдет по наиболее счастливому сценарию.
Эпилог
— Сколько их там? — Владимир Ильич подслепо уставился вдаль.
— Шестеро. — Ответил Денис, сжимая в руках цевье верного карабина. — Вооружены автоматами, одеты одинаково.
— Подходят под описание наших. — Владимир Ильич разволновался. — Так, мужики, я пойду им навстречу. Займите позицию и если это окажутся не те, кого мы ждем, и меня подстрелят, открывайте огонь. Но не спешите. С той стороны тоже могут оказаться нервными и выстрелить, не подумав.
— А может я? — Вызвался Денис.
— Капля от струя. — Ответил Владимир беззлобно. — У тебя двое детей, третий на подходе. Я и так скрепя сердце взял тебя с собой, только из-за того, что ты дорогу хорошо знаешь. Беречься надо, пока молодой, а не геройствовать. Позволь испытать судьбу тем, кто уже отвоевался.
— Ладно, буду беречься. — Пообещал Денис. — Но вы тоже аккуратнее, на вас сейчас вся община держится, и город не воюет друг с другом, пока вы командуете.
— Вот вернемся и посмотрим на ком реально, что держится. Приготовились? — Владимир посмотрел на товарищей. — Пошел.
Он встал во весь рост и направился в сторону группы людей, идущей по остаткам дорожного полотна. Его сразу заметили. Наученные опытом люди мгновенно разбежались и затаились за неровностями ландшафта. Владимир Ильич шел смело и вдруг с середины дороги затянул «Расцветали яблони и груши». Несмотря на несуразность этого в такой опасный момент, песня создала эффект пароля. Человек, спевший ее в ответ, автоматически считался своим. И с той стороны тоже запели. А потом из-за укрытия показалась девушка и побежала навстречу Владимиру Ильичу. Сомнений никаких не оставалось, это была его дочь. Встреча родственников прошла бурно, как и следовало ожидать.