— Если она оттуда, за ней действительно могут идти, — проговорил я.

— Именно. Собираемся, двигаем к боковой сбойке у пикета двадцать три. Там переждём, послушаем. Если чисто, разговорим её подробнее.

Жила вернулся к девушке. Она стояла, обхватив себя руками, и мелко тряслась. Не от холода, хотя в перегоне было градусов двенадцать, а от падающего адреналина. Тело отходило от бега, и нервная дрожь выходила наружу неконтролируемыми волнами.

— Оля, — проговорил Жила ровно. — Сейчас мы пойдём. Не быстро, но без остановок. Ты идёшь за мной. Не отставай. Не шуми. Понимаешь?

— Да. Да, я понимаю.

— Хорошо.

Он развернулся и двинулся по перегону. Не назад, откуда мы пришли, а в боковой проход, который я едва различил в стене. Техническая сбойка, узкая, низкая, с бетонными стенами и кабельными полками по обеим сторонам. Жила нырнул в неё, пригнувшись. Девушка пошла следом, неуклюже, цепляясь плечом за стену, спотыкаясь о порог, тихо ойкая. Я замыкал, Мартынов передо мной.

Сбойка вывела в техническое помещение. Небольшое, три на четыре метра, с мёртвым электрощитом на стене и ржавой трубой отопления, тянувшейся под потолком. Пол бетонный, сухой, покрытый слоем мелкой пыли. Жила осветил углы, проверил. Чисто. Одна дверь, через которую мы вошли, другого выхода нет, но можно уйти через вентиляционную решётку в стене. Я знал, что за решёткой короткий лаз к параллельному перегону. Жила показывал мне его как-то раз, ещё до войны.

— Садись, — приказал Жила девушке, указав на трубу отопления. — Крот, посвети.

Я направил фонарь в потолок, создав рассеянный свет, заполнивший помещение мягким ровным сумраком. Мартынов встал у двери, прислонившись спиной к косяку. Пистолет в опущенной руке. Жила присел на корточки напротив девушки.

— Рассказывай.

— Что рассказывать?

— Всё.

Оля помолчала. Видимо, собиралась с мыслями. Руки лежали на коленях, пальцы переплетены.

— Я жила в бункере, — начала она. — С октября. С самого начала. До войны я… мы с Андреем спустились туда за несколько часов до удара.

— Андрей?

— Новиков. Андрей Валерьевич Новиков. Возможно, вы его видели. Его часто показывали по телевизору. Он… до войны он работал в аппарате. Заместитель руководителя секретариата. Или как-то так. В общем, высокий чиновник.

Жила кивнул. Мартынов за дверью негромко крякнул, но ничего не сказал.

— Продолжай.

— Мы с ним были вместе. Полтора года. Он… познакомились через агентство. Я из Иваново. Приехала в Москву учиться, поступила на журфак, но после первого курса бросила. Подруга привела в модельное агентство, «Premier Models», может слышали. Там платили нормально. В общем, съёмки, показы. На одном мероприятии, в отеле «Метрополь», Андрей подошёл. Невысокий, лысоватый, за пятьдесят. Я не хотела сначала. Потом… Ну, вы понимаете.