— Только мне начинает казаться, что я достиг предела и сегодня меня больше ничего не удивит, как вы умудряетесь это сделать, — сказал он наконец. — Объясните. Вы… можете говорить с Госпожой Магией⁈

— Это она может говорить со мной. А когда я сам к ней обращаюсь, откликается далеко не всегда.

— А, ну да, — согласился Теаган. — Это, конечно же, все меняет.

— Не смейтесь, — я вздохнул. — Если вкратце, то Госпожа Магия решила, что я ей нужен живым, и при нашей предпоследней встречи с советником не позволила ему меня убить, а потом объявила, что мы с советником будем работать вместе. А учитывая, что она может любого человека в любой момент превратить в химеру, спорить с ней как-то не хочется.

— Работать вместе? — тут же спросил Теаган. — О чем речь?

— Вы ведь знаете про Великого Древнего? — я был уверен в положительном ответе, но Теаган лишь недоуменно нахмурился.

— Это демонический почти-бог, который рвется в наш мир, чтобы получить божественность и насытить свой голод, — пояснил я.

По мере того, как я говорил, брови Теагана поднимались все выше.

— О нем мне тоже рассказал советник и уверял, что сообщил о попытках прорыва этого Древнего высшим сановникам Церкви, — продолжил я. — Он солгал?

Теаган нахмурился и какое-то время молчал, явно пытаясь вспомнить.

— Несколько лет назад мы получили официальное письмо от Райхана Сироты о демонических гнездах, о необходимости эти гнезда уничтожать и о требовании советника не мешать ему этим заниматься, — произнес он наконец. — Мол, у его людей случились какие-то столкновения с Достойными Братьями, которые влезли не в свое дело и помешали чистке очередного гнезда. Древний в том письме тоже упоминался, вот только сформулировано было так, будто он являлся главой этих гнезд… причем непонятно, человеком он был либо же демоном. Таллис убедился, что ситуация с гнездом произошла на самом деле и советник не лжет, и передал письмо в орден с наказом Достойным Братьям больше советнику не мешать. На том все и закончилось.

— Советник говорил, что уже давно занимается уничтожением демонических сект, которые молятся этому Великому Древнему, — сказал я.

Теаган кивнул, продолжая хмуриться — видно было, что новость про демонического недобога пришлась ему не по вкусу. Потом сказал:

— Я расспрошу вас обо всем подробно — и о Госпоже Магии, и о Древнем, и о советнике — но только уже не сегодня. Сегодня мне нужно задать вам еще пару вопросов.

— Задавайте, — согласился я. Но когда Теаган заговорил, его голос прозвучал со странной нерешительностью.

— Будет ли справедливо сказать, что именно чужая жестокость, жертвой которой вы стали, сподвигла вас желать спасти человечество? Возможно, чтобы охранить других людей от подобного?..