Ответа у меня не было.
***
В этот момент что-то рыжее мелькнуло у моих ног. Пряник. Он проскочил между нами, встал на задние лапы, зацепил когтем край конверта, торчащий из кармана мистера Грейвза, и рванул прочь по коридору. С конвертом в зубах.
— Стой! — крикнул мистер Грейвз. — Это вещественное доказательство!
Кот, естественно, не остановился.
Мы бежали за ним по коридору, по лестнице, через столовую, где граф Валериан приветственно поднял бокал с томатным соком. Пряник летел, как рыжая молния. Влетел в тётин кабинет, вскочил на письменный стол, со стола на книжную полку, с полки — на самый верх шкафа. И там уселся, положив конверт перед собой. Посмотрел на нас сверху вниз.
— Отдай, — велел мистер Грейвз.
Пряник зевнул.
— Пряник, — сказала я. — Ну пожалуйста.
Пряник посмотрел на меня. Потом на книжную полку под собой. Потом лапой столкнул вниз одну книгу. Толстую, в зелёном кожаном переплёте. «Справочник по уходу за комнатными растениями, том третий».
Книга упала на пол и раскрылась. Внутри не было страниц. Вместо них был вырезан тайник. А в тайнике лежала маленькая тетрадь в рыжей обложке.
Я подняла её дрожащими руками.
На первой странице тётиным размашистым почерком было написано: «Дневник Аделаиды Эшфорд. Если ты это читаешь — ты либо Рели, либо вор. Если ты вор — положи на место, у меня кот».
Пряник наверху шкафа сделал вид, что ничего не слышал, и принялся вылизывать лапу.
— Отдайте мне, — сказал мистер Грейвз, протягивая руку.
— Это дневник моей тёти!
— Это улика.
— Это личное!
— Мисс Эшфорд, четверо существ мертвы.
Мы смотрели друг на друга над тетрадкой. Потом я раскрыла её на последней исписанной странице, и он наклонился, чтобы читать вместе со мной. Так близко, что я чувствовала запах его одеколона: что-то строгое, с кедром. И почему-то мяту.
«Тоби сегодня опять говорил о Сером Пределе. Он вспоминает всё больше: имена, лица, ту ночь. Это плохо. Кто-то будит в них память. И кто-то её забирает. Я знаю, что ищут. Не знаю — кто.
— Вопрос, — сказала я и сложила руки на груди. — Прямой. Вы были здесь в ночь смерти мистера Финнегана?
Бабушка Гортензия, почуяв, что сейчас будет интересно, уселась на табуретку, которая жалобно хрустнула, и достала вязание.
Мистер Грейвз закрыл глаза. Глубоко вдохнул. Открыл.
— Да.
— Около полуночи?
— Да.
— В сером плаще?
— Он не серый. Он графитовый. — Пауза. — Но в темноте, допускаю, серый.
— Вы убили мистера Финнегана?
— Нет.
Он ответил сразу, не задумываясь. И глядя мне прямо в глаза.
Я выдохнула. Почему-то оказалось, что всё это время я не дышала.