— Нет, — с ослепительной улыбкой ответил Томас Смит. — Насчет дома Максвелла у нас уговор, а я всегда держу слово. Речь об убийстве. Насколько мне известно, вас собираются задержать до выяснения всех обстоятельств дела.

— Что за убийство? — встревожился я, но сразу отмахнулся: — Нет, к черту! Не хочу знать! Это вы устроили?

— Да перестань! Не делай из меня монстра! — возмутился сыщик. — Я просто могу поручиться за тебя или дать всему идти своим чередом. Все зависит от твоей готовности сотрудничать.

— Кто убит?

— Ты согласен стать моими ушами и глазами?

Я некоторое время обдумывал возможные варианты, потом раздраженно поинтересовался:

— Как я попаду на закрытый прием?

— Ты знаком с маркизом Монтегю. Придумай что-нибудь. Это в твоих интересах.

— Хорошо. Кто убит?

Сыщик достал из кармана блокнот и карандаш, протянул мне и потребовал:

— Пиши согласие стать моим добровольным помощником.

Я рассмеялся:

— Зачем? Этой писульке — грош цена!

Томас Смит поморщился:

— Лев! Я намереваюсь поручиться за тебя перед начальником полиции. Мне нужны основания для этого. Расписка подойдет.

Я взял карандаш, начал писать согласие и спросил:

— Кто убит?

— Какой-то индус, — пожал плечами сыщик. — Говорят, ты разыскивал его. Не просветишь, зачем?

— Индус? — постарался я скрыть охватившую меня дрожь. — Если это тот, о ком я думаю, то он подпоил меня в варьете.

— Нашел его?

— А ему проломили череп или свернули шею?

— Нет, задушили.

Я толчком переправил блокнот на другой край стола.

— Вот ты и ответил на свой вопрос.

Томас прикоснулся к шишке на лбу и болезненно поморщился.

— Ответил, да, — хмыкнул он, поднялся из-за стола и зашел в кафе расплатиться. Вскоре вернулся обратно и зашагал к самоходной коляске. — Поспешим, Лев! У нас чрезвычайно много дел! Договорим по дороге.

Я уселся рядом с ним и спросил:

— Чего ты хочешь от меня?

— Обшарь в амфитеатре каждый уголок. Отыщи хоть какую-то зацепку. Оружие, взрывчатку, что угодно. И выше нос, в конце концов, речь идет о жизни наследницы престола!

— Зачем ты носишь линзы? — задал я бестактный вопрос и с некоторым мстительным удовлетворением увидел, как изменился в лице собеседник. И страх. Я определенно почувствовал его страх.

— Зачем?

— Да, зачем? В конспирации больше нет никакой надобности.

Томас Смит ничего не ответил и вывернул на оживленный бульвар. Самоходная коляска затряслась на брусчатке, и стало не до разговоров. Я уж было решил, что всерьез наступил на больную мозоль и ответа не дождусь, но оказался не прав.

— Ты знаешь, что такое быть сиятельным в Новом Свете? — поинтересовался вдруг сыщик.