Этим вечером здесь играет живая музыка, а на сцене бодро наяривает вполне приличный джаз — бэнд, развлекая весьма разношерстную публику. С приходом нового владельца часть «старой гвардии» завсегдатаев покинула эти стены, не в силах смириться переменами, но зато взамен, здесь появились обычные студенты, менеджеры и клерки, которым интересно лично прикоснуться к живой истории и посмотреть на место, где главари мафии развлекались и проводили свободное время.

Часть колоритных завсегдатаев, помнящих еще времена когда «Green Mill» был заведением «чисто для своих», все же остались, и сейчас, за моим столиком, как раз сидит один из таких. Его зовут Тони и ему прилично за шестьдесят. У Тони нос старого пропойцы: крупный, красный с синими прожилками, заметная лысина, которую он безуспешно пытается замаскировать, начесывая вперед седые волосы с затылка, мятый костюм и немного трясущиеся руки. Пусть Тони с виду не презентабелен, но зато, это живой кладезь различных историй из криминального прошлого и клуба и Чикаго в целом.

Если послушать Тони, то он был корешем самых известных в криминальном мире людей и в юности запросто общался с самим Аль Капоне, и с его правой рукой Джеком «Пулемётом» Макгурном, являвшемся одним из бывших владельцев этого клуба. Тони богом клянется, что сам слышал как здесь выступали Билли Холидей, Луи Армстронг, Элл Джолсон и Бенни Гудмен. Это было еще в тридцатые, когда Тонни был юношей и бегал на посылках у более старших товарищей, выполняя их «деликатные поручения».

— Послушай меня Кевин, — заплетающимся языком говорит мне Тони, которому я подливаю и подливаю виски, чтобы не прерывался поток его красноречия. — Ты хороший парень, но ты даже представить себе не можешь, какими людьми они были. Человеческая жизнь была для них просто пылью, и все вопросы эти парни решали очень просто — либо кулаком, либо ножом, либо пулей. Для них тогда просто не существовало невозможных вещей. Когда известный в то время певец Джон Льюис хотел уйти из «Green Mill» в конкурирующий клуб, Джек Пулемет пообещал взять его на «прогулку». Льюис не послушал Макгурна и его вскоре нашли за сценой с перерезанным горлом и несколькими ножевыми ранениями в живот. Джек сделал это чтобы дать урок остальным. И это возымело свое действие. Никто не мог просто так соскочить у него с крючка.

— Ничего себе, неужели его так и зарезали? — Округляю глаза в притворном ужасе.

— А ты думал, — самодовольно говорит Тони, как будто это именно он привел приговор в исполнение, — Это были совсем другие времена и люди. Не то, что эти сейчас.