— Меня зовут Линда Браун и я ваш лечащий врач, — женщина с широкой улыбкой подходит к моей койке. — Не переживайте, мы вас скоро поставим на ноги.

— Очень приятно Линда! А я Сергей, — киваю ей и добавляю, — Ну вы, наверное, это уже знаете из истории моей болезни.

— Взаимно, Сергей. — После небольшой заминки кивает Линда и присаживается рядом на стул, вытягивая свои прелестные ножки обутые в удобные мягкие пушистые тапочки. — Давайте проведем с вами маленькое интервью. Ранее мы не могли пообщаться, так как вы были без сознания, и теперь нужно восполнить этот пробел.

— А как долго я был без сознания? — Уточняю я.

— Достаточно долго. — Женщина задумалась, наморщив лоб. — Насколько я помню, чуть более трех месяцев.

— Ого! — Изумился я. — Славно, однако, меня приложило тем взрывом. Кстати, а где я сейчас нахожусь и как сюда попал?

— А что вы помните о взрыве, и вообще о ситуации, в результате которой вы здесь оказались?

Линда, мягко улыбаясь, смотрит на меня. Она проигнорировала мой вопрос о местонахождении. Ладно, пока не время настаивать. Нужно для начала понять, что к чему, а потом уже качать права.

— Помню, как подошел к своей машине на парковке у фитнесс центра. Мне нужно было успеть на подписание важного договора. На улице было холодно, и лежал снег. Потом открыл дверь, сел в машину, повернул ключ зажигания, дальше ослепительная вспышка и вот, очнулся я только здесь. — Отвечаю ей

— А что у вас за машина? Ну та, в которой произошел взрыв.

— Да ничего особенного, — не задумываясь отвечаю ей. — Тойота Ленд Крузер, двухсотый, рестайлинговый, двадцатого года выпуска.

— Двадцатого? — Удивленно уточняет Линда.

— Ну да, — утвердительно киваю я. — Две тысячи двадцатого года. Не новье, конечно, но вполне в приличном состоянии. Знаете, люблю внедорожники, и обычно они у меня долго ходят. До этого у меня был «мерин», американец GL — класс, трехсот пятидесятый, десятого года. Две тысячи десятого. Я на нем десять лет откатался, пока не взял свой «Крузак».

— Любите автомобили?

— Да, машина, это часть современного делового человека, — улыбаюсь женщине.

— Ладно, — улыбается в ответ Линда и раскрывает папку, готовясь записывать. — Давайте перейдем к делу, работа прежде всего. Сначала интервью, а потом уже поговорим с вами об автомобилях. Как вас зовут, где и когда вы родились?

— Королев Сергей Павлович, тысяча девятьсот семидесятого года рождения — отвечаю я, наблюдая, как Линда аккуратно выводит буквы английского алфавита на белом листочке.

Интервью касалось обычных вопросов: мои родители, перенесенные в детстве болезни, образование, место жительства. Я отвечал, а Линда записывала все на листочек. Чем дальше, тем больше внутри меня нарастало какое-то внутреннее сопротивление. Что-то тут не так. Почему я именно здесь, а не остался в России? Что это за страна и как я сюда попал? Линда не ответила на прямой вопрос, где я. Почему мне не возвращают мой телефон? Все здесь очень вежливы, но что-то беспокоит. Вместо ответа на очередной вопрос решаю немного прояснить ситуацию